– Да выслушайте меня! – умоляла она. – Хоть кто-нибудь меня выслушает?

Боль расцвела в груди. Сколько раз мне самой хотелось прокричать те же слова?

– Джунипер, – ласково произнес Хадсон, но девочка вздернула подбородок и направилась ко мне.

– Я слушаю, – заверила я ее. – Почему ты так уверена, что твою маму волнует мое мнение?

Джунипер сглотнула и оглянулась на Хадсона. Тот, похоже, растерялся не меньше моего. А потом Джунипер уставила на меня свои большие карие глаза, расправила плечи и произнесла:

– Потому что ты моя биологическая мать.

Глава шестая Алли

Све4уЯрко: Генетика у этой семьи невероятная. @СестрыРуссо4, вы в пуантах родились, не иначе!

Биологическая кто?

Я уставилась на Джунипер, затем слегка подалась к ней. Уверена, я ослышалась.

– Не поняла.

– Я посмотрела все твои видео, – сбивчиво выпалила она. – Мы двигаемся одинаково. Мы похожи. Волосы и глаза одинакового цвета, даже родимое пятно на одном и том же месте!

Джунипер повернулась ко мне спиной и приподняла волосы, чтобы показать «поцелуй ангела» на шее.

Такой же, как у меня.

Кутаясь в полотенце, я посмотрела на Хадсона. Он между тем глядел на племянницу, будто у нее выросла вторая голова. Кажется, для него это тоже стало новостью.

– Джунипер… – начала я.

– Не говори, что это не так! – взмолилась она и прикусила дрожащую нижнюю губу. – Ты моя мама. Я в этом уверена. Поэтому я так люблю балет. Это у меня… у нас в крови.

Ее глаза наполнились слезами. Господи, она вот-вот расплачется… И я сейчас вот так запросто ее разочарую?

– Просто я…

– У нас одинаковые улыбки и одинаковые руки, – перебила она, повернув ко мне ладони. – Я понимаю, что наверняка тебя удивила и мне не стоило на тебя набрасываться, но ты мой последний шанс.

– Но я никогда… – снова начала я.

– Слушай, я тебе докажу! – сказала она, сняла рюкзак и бросила его на газон. – Я сдавала анализ ДНК, и тебе тоже нужно.

– Что-что ты сделала?

Хадсон подошел и свирепо уставился на племянницу.

– Cдала анализ ДНК, говорю же.

Она наморщила лоб, словно только мы тут не понимали, что происходит; дядя сверлил ее взглядом, но это обстоятельство она оставила без внимания.

– А мама знает? – осведомился он. – Как ты его сдала?

– Заказала онлайн и… – начала она.

– Дай угадаю: накинула пару лет к своему настоящему возрасту? – договорил он, скрестив руки на груди. – Это тебе не «Секондз», Джунипер.

– Если бы компании действительно не хотели, чтобы дети нарушали правила, обойти их было бы гораздо сложнее, – возразила она, скрестив руки на груди точь-в-точь как Хадсон. – Я всего-то сунула ватную палочку в рот и отправила по почте.

Она достала из заднего кармана телефон, открыла приложение и показала Хадсону.

– Видишь? Само собой, мама не в курсе. Она бы с ума сошла. Мама говорит, я должна дождаться, пока мне исполнится восемнадцать, и тогда я смогу отыскать свою биологическую семью, но это же вообще несправедливо.

– Не надо было дарить тебе этот телефон, – пробормотал Хадсон, забирая его, чтобы просмотреть приложение.

– Думаешь, я бы иначе не выкрутилась? Можно подумать, в школьной библиотеке нет компьютеров. И дядя Гэвин подарил мне на Рождество карту с деньгами!

Через каждые несколько слов она бросала взгляд на меня.

– Какая умная девочка, – пришлось признать мне, невзирая на ситуацию.

– Вся в тебя. – Джунипер смотрела на меня, и в глазах ее не было ни тени сомнения. – Сама посуди, это же логично. Ты отдала меня сестре своего друга. Бритва Оккама и все такое.

– Бритва Оккама? Тут в началке преподают философию четырнадцатого века? – спросила я у Хадсона.

Он открыл рот, но Джунипер его перебила.

– Я учусь по углубленной программе, – обиженно отчеканила она. – И тут действительно хорошие школы, поэтому мама не стала уезжать с побережья, как бабушка и дедушка.

– Поняла. – Я провела рукой по лбу, смахивая соленую воду, чтобы она не попала в глаза.

– Знаешь, одну мою подругу тоже удочерили. Мы постоянно об этом говорим. И я, конечно, умею пользоваться интернетом. Слушай, я не держу на тебя зла за эту историю с удочерением – хотя у меня есть парочка вопросов, ответы на которые, судя по статистике, помогут уменьшить мои расходы на психотерапевта в будущем. – Тут она кивнула. – И я люблю маму. Она классная, если не считать того, что не дает мне заниматься балетом. Но если ты скажешь ей, что мне стоит учиться, она тебя послушает.

В ее глазах снова появилась надежда. Мои плечи поникли. Я сделала то, чего поклялась никогда больше не делать, – посмотрела на Хадсона, надеясь, что он мне поможет.

Наши взгляды встретились. Он нахмурился, опустился в траву на колени и положил руки на плечи Джунипер.

– Джу-жу, ты же знаешь, что я никогда не стал бы тебя обманывать, так?

– Так.

Она посмотрела на нас.