Кай медленно снял с себя изношенную и грязную одежду и осторожно ступил в воду. Он мгновенно ощутил, как теплые волны обволакивают его тело, унося с собой всю накопившуюся усталость. Вода была идеальной температуры — не обжигающе горячей, но и не прохладной; она ласково окутывала кожу, словно стараясь впитать всю боль и напряжение, накопившиеся за годы непрерывных сражений.

Кай погрузился с головой, и его уши наполнились приглушенными звуками воды, отсекая все лишние мысли. В тот момент он почувствовал себя по-настоящему свободным — как будто все миры и битвы остались где-то далеко позади.

"Как же хорошо... Ощущение, что я могу сидеть здесь вечность..." — мысленно произнес Кай, медленно выныривая и откидывая голову назад. Он удобно оперся на мраморную стенку, ощущая, как горячая вода плескается о его грудь.

Медленно оглядываясь, Кай заметил каменные чаши с вином, стоящие на каменных уступах рядом с источниками. Он протянул руку, поднял одну из них и сделал глоток.

— Это то, что нужно, — прошептал он, чувствуя, как напряжение, сковывавшее его последние годы, наконец отпускает. Здесь, среди пара и спокойствия, он мог позволить себе отдохнуть, собрать силы и обрести ту ментальную стабильность, которая ему так необходима для предстоящего прорыва.

Время здесь теряло свое значение, и Кай наслаждался каждым мгновением, словно впитывая в себя этот уют и тепло. Он понимал, что впереди его ждет множество вызовов, но сейчас, в этих купальнях, Кай чувствовал себя защищенным, словно под покровом самой Вселенной, которая даровала ему мгновение спокойствия перед очередным рывком в культивацию и сражения.

Кай улыбнулся, чувствуя, как его тело погружается в блаженное тепло, а вино приятно разливается по венам. Он открыл глаза и, взглянув на мерцающие кристаллы над головой, тихо проговорил, будто самому себе:

— Сегодня я хочу напиться до беспамятства…

Эти слова прозвучали как вызов, словно обещание себе на одну ночь отпустить всю свою силу и контроль. Он нарочно ограничил доступ к своей культивации, подавив всю мощь законов, что текли в его теле. На мгновение он позволил себе быть просто человеком, а не мастером, что прорывается через испытания Вселенной. Без защиты культивации вино начало действовать почти мгновенно, и Кай почувствовал приятное головокружение и онемение, которое расползалась по телу.

Он наполнил второй бокал и поднял его к свету, рассматривая, как темная жидкость мерцает в свете кристаллов. Глубоко вдохнув, Кай поставил его рядом с собой. На мгновение он представил, что рядом с ним сидят все его друзья, которых давно уже нет в живых.

Мастер Мо, всегда несерьезный, с вечным прищуром и отеческой улыбкой, словно у старого озорника, который видел слишком много. Дисо, с его громким смехом и непрекращающимися шутками, которые так часто поднимали ему настроение. Не только они, но также Яо, Шуо, Группировка Семи Бессмертных и другие...

Каждый из них был живым в его воображении, словно они сидели здесь, рядом, подняв свои бокалы в последнем тосте за старые времена.

— Я рад, что все вы стали частью моей жизни... — шепнул Кай, глядя в бокал и чувствуя, как теплота вина смешивается с легкой горечью воспоминаний. Он почти мог слышать, как Мастер Мо называет его паршивцем, а Дисо с сарказмом и смехом перебивает его, заставляя улыбнуться. Кай видел их выражения, чувствовал их присутствие, и этот момент был удивительно реальным.

— За вас, друзья... — проговорил Кай, поднимая бокал в воздух, словно действительно обращаясь к тем, кого уже давно нет. — За все наши победы и поражения, за моменты, когда мы были вместе. За жизнь, которую мы прожили...

Он сделал еще один глоток, и перед его глазами промелькнули бесчисленные воспоминания. И в этот момент, среди пара и тихого шелеста воды, Кай понял, что эти воспоминания будут всегда с ним. Они как вечные огоньки в его душе, освещающие путь, каким бы долгим и тернистым он ни был.

Глава 906

Кай не заметил, как время утекало, сливаясь с запахами благовоний и алкоголя. Дни сменяли ночи, и он постепенно терял счет времени. Усталость, накопившаяся за годы сражений и культивации, наконец находила выход в полном забвении. Вино становилось его спутником, и каждую ночь он погружался в состояние, граничащее с беспамятством.

Пьянящий туман, наполнявший его разум, отбрасывал в сторону все заботы и мысли о предстоящем прорыве. Кай пил, снова и снова поднимая кубок, будто стараясь утопить в нем все свои сомнения и тревоги. Он не думал о том, что ждет его впереди, не вспоминал о долгих битвах и потерях. Его сознание погружалось в беспечность, а тело, лишенное контроля культивации, постепенно расслаблялось, словно отказывалось от всей накопленной силы.