Его жизнь была не идеальной, но он сам выстроил ее, шаг за шагом. И теперь ему предлагали стереть все это — ради шанса, который ему даже не принадлежал.

Кай посмотрел на свои руки, проглядывающие сквозь полупрозрачные ладони, что его удерживали. Эти руки, которые пронзили тысячи врагов. Эти руки, которые держали его товарищей, умиравших у него на глазах. Они дрожали, как у ребенка. Он, который всегда шел вперед, теперь не мог сделать ни шага.

— Ты говоришь, что я должен принести себя в жертву? — его голос был тихим, но за ним слышался гул разрушающегося мира. — А как быть с моими мечтами? С моей верой? С теми, кого я любил?

Матерь не отвела взгляда. Ее глаза излучали холодную решимость.

— Они стали частью твоего пути, и будут помнить тебя. Но увы, твой путь заканчивается здесь.

Ее слова были безжалостны. Они оставляли ему только одну дорогу. Но дорога эта была вымощена его собственной кровью.

Кай поднял глаза. Его взгляд, еще мгновение назад полный отчаянья, стал тихим. Он понял. Понял, что сопротивляться бессмысленно. Он посмотрел в глаза Вечной Матери Духа и сказал:

— Молись чтобы ты не ошиблась... Иначе твой идиотский поступок погубит всю жизнь и ты пожалеешь, что поверила Близнецам, а не мне.

Матерь лишь кивнула, принимая слова Кая как должное. Ее лицо осталось таким же спокойным, но в глазах на мгновение мелькнуло нечто, похожее на печаль. Она сделала шаг вперед, приблизившись к нему, и ее ледяной голос прозвучал неожиданно мягко:

— У тебя есть последнее желание?

Этот вопрос пронзил его как кинжал. Последнее желание? Даже сейчас, в этот самый момент, Кай не мог поверить, что конец так близок. Внутри все кричало от несправедливости. Он был готов к тому, что жизнь может прерваться в бою, в схватке, где все решает сила. Но не так. Не в тишине, не в покорности, как жертва на алтаре.

Кай поднял взгляд, и криво улыбнулся. Перед его глазами сейчас все также представал образ Кессии.

— Думаю, что просить отпустить меня бесполезно, хе-хе, — некой издевкой ответил он.

Но немного помолчав, он все же коротко, но уверенно добавил:

— Передай Кессии, что я люблю ее. На этом все.

Матерь не отреагировала сразу, ее лицо оставалось неизменным. Наконец она произнесла:

— Это будет исполнено, но мне придется немного соврать. Я собираюсь сказать, что Близнецы решили сломить печать и мы сражались, чтобы стабилизировать ее. Во время боя тебя затянуло к Близнецам, но благодаря этому, мы с обеих сторон смогли спасти положение, — честно объяснила она. — Я не могу позволить, чтобы внутри Армии Восстания Жизни начались споры и конфликты.

— В таком случае, тебе бы лучше замести все следы, ибо Кессия точно решит все перепроверить, — раздраженно хмыкнув ответил Кай.

— Разумеется. Я уничтожу твое тело, отправив его за границу Области Доминации Духа. Твоя жертва спасет больше жизней, чем ты можешь себе представить.

— Да пошла ты! — выругался Кай, смотря прямиком в глаза Матери. Он не мог не раздражиться от иронии ситуации. Его тело уничтожат в месте, куда он хотел сбежать...

Матерь никак не отреагировала на гневные слова Кая, только ее лицо стало еще более холодным и отстраненным. Она медленно подняла руку, и ладонь начала приближаться к его солнечному сплетению. Пространство вокруг застыло, словно в ожидании неизбежного.

— Это займет всего мгновение, — тихо сказала она, словно пытаясь успокоить его.

Пальцы Матери касались его тела мягко, почти бережно, но в следующую секунду ее хватка стала железной. Она впилась пальцами прямо в его солнечное сплетение, проникая сквозь его плоть и ауру, как будто прорезая ткань реальности. Кай зашипел, пытаясь сдержать боль, но уже через мгновение его тело выгнулось дугой, а из груди вырвался ужасающий крик.

— Ааааааааа! — звук его голоса наполнил пространство, эхом разлетаясь в пустоте.

Боль была невыносимой, всепоглощающей. Она затопила каждую клетку его тела, проникла в сознание и стала разрывать его изнутри. Матерь начала вливать свой дух в тело Кая, ее сила была ледяной, как смерть, и обжигала все, чего касалась. В тот момент Кай почувствовал, как теряет контроль над своим телом. Оно больше не принадлежало ему.

— Нет… НЕЕЕЕТ!!! — завопил он, когда Матерь сделала одно резкое движение.

— Краагх!

Из его тела вырвалось нечто, и Кай ощутил, как вся его сущность рвется наружу. Перед его глазами появилось ужасающее зрелище: из его груди, будто из зияющей раны, была вырвана черная, пульсирующая сфера. Она вибрировала и светилась зловещим темным светом. От нее свисали странные каналы и трубки — сеть вен, меридианов и духовных каналов Кая! Вся его сила, все что он создавал на протяжении жизни было вырвано одним резким движением!

— Ты… ты чертова тварь... — прохрипел он, но голос его был едва слышен.