Чарли, однако, даже не начал к этому времени. Попеременно лая и скуля от радости, издавая какой-то звук, похожий на смех, он мчался по переднему двору на максимальной скорости, с запада на восток, а затем снова, с его золотой шерстью, мерцающей в прожекторах, которые освещали передний двор.

Несколько заснеженных опавших ветвей во дворе и большие декоративные скалы по бокам передней дорожки служили для него своего рода полосой препятствий, и он перепрыгивал через различные предметы, поднимая за собой облака ледяного белого порошка. Задыхаясь рядом со мной, Шэдоу просто наблюдала за ним, казалось бы, просто получая удовольствие от наблюдения.

Через несколько минут, веселье Чарли переросло во что-то более похожее на хаос. Сначала он сделал перерыв в полосе препятствий, но вместо того, чтобы отдохнуть, он начал прыгать прямо в воздух, щелкать челюстями, как будто пытаясь «съесть» снег. Шэдоу начал поглядывать от него на меня, как будто задаваясь вопросом, позволю ли я продолжать это дикое «поедание снега», но я это сделала.

По крайней мере, ненадолго. По крайней мере, до тех пор, пока не стала немного искренне обеспокоенной тем, что безумные прыжки Чарли могут на самом деле спровоцировать у него сердечный приступ или что-то еще. Честно говоря, я никогда не видела, чтобы собака просто «сходила с ума» от снега или от чего-то еще, когда-либо.

В этот момент я позвала Чарли, чтобы он пошел в ванную и вошел вовнутрь. Он резко остановил свои прыжки и «поедание снега», повернул голову, чтобы посмотреть на меня, легкие вздымались, и он дышал облаками пара в морозном воздухе.

— Совершенно, верно, Чарли. Мы все закончили прыгать. А теперь сделай свои дела и заходи.

Он просто продолжал смотреть на меня в течение долгого времени или двух, все еще задыхаясь, и вдруг, я осознала, что он собирается делать. И не моргнув глазом, он сделал это, запустив себя в воздух, чтобы «съесть» снег еще раз.

Я отпустила его на минуту или две, прежде чем сказать ему, что пора идти. Одетая только в джинсы, тонкий свитер и пальто, без шляпы и перчаток, потому что еще не распаковала свою коробку зимних вещей, мне становилось холодно, и я боялась, что Шэдоу тоже. Шэдоу, однако, еще не вернулся вовнутрь, похоже, решила подождать, пока мы с Чарли присоединимся к нему. Кроме того, я беспокоилась, что Чарли может получить обморожение или что-то еще и даже не знать об этом, как сказал Мэтт.

Однако Чарли не заходил. Он остановился со своим «поеданием снега», а затем начал дико кататься в нем, радостно лая. Он выглядел так, будто делает снежных ангелов, и я не могла сдержать улыбки, хотя мои зубы стучали. Я также не могла не сказать ему, что он очень умный мальчик, потому что знает, как сделать снежных ангелов, и я действительно думала, что он был им. Он даже вставал периодически, чтобы осмотреть различных снежных ангелов, которых сделал, как будто просто хотел убедиться, что он делает их правильно.

В конце концов, не желая тащить его вовнутрь за шкирку, как предложил Мэтт, я решила попробовать другой подход, и крикнула Чарли, что он может съесть пепперони из пиццы, если он сходит в туалет, а затем войдет вовнутрь. После того, как я произнесла слово «пепперони», Чарли застыл в середине ангела, затем вскочил на лапы и отчаянно огляделся, как будто хотел убедиться, что я не предложила пепперони какой-то другой собаке.

— Правильно, Чарли... я имела в виду тебя! У тебя может быть пепперони! Ты просто должен сделать свои дела и войти внутрь!

Прежде чем я закончила говорить, он уже мчался к одной из высоких сосен в боковом дворе. Добравшись до нее, он нырнул за нее, и некоторое время оставался там, занимаясь своими делами. После этого он помчался к Шэдоу и ко мне, останавливаясь только один раз, и ненадолго, для еще одного финального броска в снегу.

Как только он достиг нас, я от души похвалила его, сказав ему, что он «такой умный» и «удивительный», зная, что он придет за пепперони, и он наслаждался моим вниманием, подпрыгивая, чтобы дать мне «обнять» его с лапами на моих плечах. Он, Шэдоу, и я были на крыльце, направляясь в дом, когда он снова начал лаять, глядя в затемненное небо, которое не было полностью темным из-за сильно падающего снега. Оттенок неба был чем-то вроде полуночного синего цвета, покрытого несколькими слоями прозрачного белого тюля.

Как будто ожидая от него устного ответа, я спросила Чарли, на что он лает, и секунду спустя я увидела на что. Темная точка в голубоватой, прозрачной тюле неба быстро увеличивалась, показывая медленно движущиеся объекты по обе стороны от «точки». Я быстро поняла, что эти объекты были крыльями, и что то, на что я смотрела, было драконом, спускающимся в метель.

— Я думаю, Мэтт дома, ребята.