– Князь! – крикнул он и тут же рухнул на колени, начав меня ощупывать, при этом тараторя, не прекращая: – Как же так, князь? Мы тебя там – а ты вон. Скажи: ранен, али болит чего? – Он повернулся и рявкнул: – Покличьте зельника сюда и за капитаном, быстро! – Затем бросил взгляд на моего конвоира и прошипел: – Ну, Савлий, дозором ты просто так не отделаешься.

Слушать продолжение этой тирады я не стал и, поднявшись сначала на локти, с кряхтением сел.

– Да не ранен я, сержант. Отдохнуть прилег, ноги совсем не держат. А Савлия и его напарника не тронь, они выполняли приказ. А то, что не все вои знают меня в лицо, так это моя вина. – После секундной паузы добавил: – Лучше помоги встать.

Поднявшись, я вспомнил разговор, который подслушивал, когда меня сюда вели. Глядя в перепуганное лицо Мироша, я изобразил ироническую улыбку.

– Говоришь, два метра ростом и молнии высекаю из рук?

Сержант начал меняться на глазах. Наверное, ему хотелось провалиться сквозь землю, но чуда не происходило, поэтому он багровел, белел и многообещающе посматривал на Савлия.

– Ладно, – махнул я рукой. – Скажи, кто командует?

– Так Воледар, ближник твой, княже.

– Тогда, сержант, веди меня к нему.

– Так может, зельника дождемся и носилки организуем?

– Веди, – с нажимом произнес я. – Пусть видят, что я жив и на своих ногах топаю. – А затем тихо добавил: – Только ты далеко не отходи. Если пошатнусь, придержишь.

– Понял, – бросил сержант и, показав кулак Савлию, направился за мной.

Я шел по траншее, стараясь держаться ровно, но тело все равно подводило, и в момент, когда меня начинало вести в сторону, Мирош всегда оказывался рядом, подпирая с нужной стороны. Тем временем новость о моем появлении разлеталась по опорнику быстрее скорости света, и полупустые траншеи как-то быстро наполнились воями. В ответвлениях, мимо которых я проходил, и вовсе стояли так плотно, что не протолкнуться. Те, кто находился рядом, просто молчали, пристально провожая меня взглядом, но стоило немного отдалиться, так сразу слышался шепот, в котором звучал мой титул и нотки удивления.

Но люди не собирались стоять на месте и обсуждать, и вскоре за нами собралась целая процессия. Вои шли позади, по параллельным траншеям, а также поверху, и их становилось все больше. Видимо, подтягивались все, кто был свободен от дежурства. Когда я подошел к участку, переходящему в более широкую траншею, за нами уже выстроилась, хоть и не громкая, но галдящая толпа. А дальше меня ждал сюрприз.

* * *

В широкой траншее стояли две шеренги, по десятку человек в каждой, друг напротив друга. С правой от меня стороны были святороки – мужики лет под сорок, сорок пять. Суровые, бородатые, в полной чаровой броне. Слева же находилась моя гвардия – парни от восемнадцати до двадцати пяти лет. На их лицах также читалось отражение нелегкого жизненного опыта, а броня ничем не уступала святорокам, только исполнена была уже по моей технологии. И пока я не приблизился на достаточное расстояние, они явно бодались взглядами.

Но как только я ступил между ними, то вымышленные битвы в их головах тут же закончились, и все перевели взгляд на меня. Святороки смотрели с недоумением, видимо, думая: чего это какого-то болезного сюда занесло? Гвардейцы же меня знали, и у них начали вытягиваться лица от удивления, но в глазах я видел радость, вперемешку с неверием.

А вот дальше я ситуацию не просчитал, и когда шагнул на дорожку между ними, один из святороков проявил свой чаровый клинок и попытался перегородить мне путь. Но один из гвардейцев, что заметил это движение, активировал щит и тут же меня заслонил. В моей голове мгновенно нарисовалась картинка, как святороки сцепились с гвардейцами в рукопашном бою, в котором наверняка смяли бы и меня. Зрелость и годы изнурительных тренировок – против молодости, ситуативной школы жизни и опыта боев.

– Смирно! – заорал я. – А ну, разошлись!

Уже было дернувшиеся с места противники замерли, но назад не отошли.

– Князь я, Воеводин, – сказал больше для святороков и кивнул в сторону гвардейцев. – Они подтвердят.

И это подействовало: двое, что чуть не сцепились первыми, медленно отошли на свои места, не отрывая друг от друга взгляда. И когда проход вновь был свободен, я двинулся дальше, и уже на середине остановился сам. Ввиду немощи мне пришлось поворачиваться к одному из святороков, перетаптываясь на месте. Наши взгляды встретились, и, судя по блеснувшим глазам, он меня узнал, как и я его.

Это был один из тех, что выступал силовой поддержкой для ведомников, которые истязали меня в подвале. Я смотрел на него и пытался понять, что я чувствую. Мне казалось, должна быть злость и желание поквитаться, но внутри было пусто – абсолютно ничего. Секунд тридцать мы играли в гляделки, а потом я улыбнулся и подмигнул. Такой реакции он точно не ожидал и оторопел, но мне уже было все равно, мой интерес к нему был исчерпан, и я направился дальше.