Но этого не произошло.

Рейне тепло улыбнулась.

— Да, ты прав.

Женя усмехнулся и начал с помощью косы косить траву вокруг особняка. Затем он остановился.

— Мам, я обещаю. Я возрожу нашу семью, я верну домой тётю и сестру, заново отстрою особняк. Клянусь тебе, мама.

— Вот как? Если хочешь, мы можем попросить членов Рататоска починить наш дом.

Евгений приложил руку к подбородку, но затем покачал головой.

— Нет, так не пойдёт. Это мой особняк, моя территория, моя ответственность. Накоплю побольше денег, а потом уже можно будет заняться ремонтом.

— Так и думала, что ты это скажешь, — Рейне немного улыбнулась. — Кстати, Жень.

— М?

Юноша снова остановился, повернувшись к матери лицом.

— Подожди здесь, — женщина спустилась по лестнице, прошла мимо парня и пошла в сторону машины.

— А? Ну ладно…

Он пожал плечами и снова принялся косить траву.

Через несколько минут Рейне вернулась с длинным деревянным футляром в руках, перевязанном тёмно-синей лентой, и небольшим свёртком.

Мурасаме младший остановился, посмотрел на футляр и свёрток, несколько раз моргнул, а потом снова посмотрел на мать.

— Мам, а что это?

— Жень, ты знаешь какой сегодня день? — спросила Рейне, с лёгкой улыбкой наклонив голову.

Евгений приложил руку к подбородку.

— Ну… восемнадцатое июня. Но ты явно не это хотела услышать, верно?

— Именно, — женщина протянула футляр и свёрток юноше. — С днем рождения, Женя.

Услышав эти слова, Евгений выронил косу из рук.

— А?.. Чего?..

— Так и знала, что ты так отреагируешь. Именно сегодня, семнадцать лет назад, ты родился на этот свет. Подумать только, как быстро летит время, не так ли?

— П-п-п-погоди погоди… — Женя потер свой лоб. — То есть мой день рождения… сегодня?

— Ага, именно так, — кивнула Рейне.

— Так значит… — юноша на секунду замолчал, а затем прищурился и посмотрел на женщину. — Значит ты решила устроить эту поездку не просто так, да?

— Угадал.

— То то я думал, что как-то это подозрительно. Вот так внезапно взяла и решила со мной съездить в гости к госпоже Кофуку. Всё наперед спланировала, хитрая лиса.

— Виновна по всем пунктам, — тихо посмеялась Рейне. — Тем более я каждый год приезжаю сюда ровно три раза.

— Ровно три раза?

— Угу. Второго мая, восемнадцатого июня и десятого января.

Женя издал понимающее «а-а-а». Теперь понятно, куда она уезжала в начале мая.

— В любом случае не будем о грустном, верно? Сегодня ведь твой день рождения. Это всё для тебя. Подарок от меня и от отца.

— Спа… от отца? — Женя приподнял одну бровь, осторожно принимая футляр и свёрток из рук матери.

Рейне кивнула.

— Да. Вернее сказать… подарок, который он хотел подарить тебе, но в силу обстоятельств не смог.

— А, ну да… Ты ведь сама рассказывала, что ему в лучшем случае оставалось прожить лишь пять лет… — с грустью в голосе юноша посмотрел на подарки. — Значит подарок от него?

— Ага. Слава богу я смогла его сохранить, — кивнула женщина. — Он долго думал, что подарить тебе, и в итоге остановился на этом. Открой футляр.

Мурасаме младший медленно развязал ленту. Затем он положил футляр на траву и открыл крышку.

На белой ткани лежало хаори. Далеко не новое, хочется сказать, но при этом сохраненное в хорошем состоянии. Тёмная ткань, золотистые узоры по краям… оно выглядело одновременно и просто, и великолепно.

Женя провел рукой по ткани. Она была на удивление мягкой.

— Это…

— Хаори твоего отца, — Рейне села рядом с ним. — Хотя лучше сказать хаори твоего деда. Чайльд начал носить его после гибели родителей. Ему тогда стукнуло лишь двадцать пять лет.

— Значит… это хаори носил ещё мой дедушка?

— Угу.

Женя промолчал. Затем он достал хаори и осмотрел его.

— Можно я его надену? — спросил юноша.

— Разумеется. Оно ведь теперь принадлежит тебе, — кивнула Рейне.

Евгений с легкой улыбкой накинул его на плечи.

— Ого, оно мне прям до колен, — удивился он, просовывая руки в рукава.

Рейне тихо рассмеялась, а потом посмотрела на своего сына.

— А знаешь, тебе идёт.

— Что, правда?

— А то, — женщина показала большой палец вверх.

Евгений поправил хаори и посмотрел на свёрток.

— А это подарок от тебя?

— Всё верно. Хочешь открыть?

— Разумеется хочу.

— Ну тогда открывай, — с улыбкой пригласила Рейне.

Евгений взял небольшой свёрток в руки. В отличие от футляра, он был совсем лёгким. Небольшая коробка, обёрнутая в простую бумагу, перевязанная той же тёмно-синей лентой.

Он на мгновение задержал взгляд на подарке, а затем медленно развязал ленту и открыл коробку, раскрыв глаза от удивления.