— Угу, — она кивнула. — Но… мне всегда нравилось смотреть на небо.

Шидо улыбнулся.

— Тогда тебе точно понравится.

Он сказал это с уверенностью, хотя сам не так уж часто бывал там. Но почему-то ему хотелось, чтобы этот момент стал для неё особенным.

Внутри было прохладно и тихо. Полумрак окутывал зал, а мягкие кресла располагались полукругом, направленные к огромному куполу.

Когда свет окончательно погас, пространство над ними медленно наполнилось звёздами.

— Вау… — едва слышно выдохнула Ринне.

Её глаза отражали мерцающее небо. В этот момент она выглядела… обычной. Не Духом, не загадочным существом. Просто девушкой, впервые увидевшей нечто прекрасное.

— Красиво, да? — тихо сказал Шидо.

— Очень…

Шидо хотел что-то сказать, но…

— Шидо, не спи, — раздался голос Котори в наушнике. — Используй момент. Скажи ей что-нибудь приятное.

— Я и так пытаюсь… — прошептал он едва слышно.

Ринне чуть повернула голову.

— Ты что-то сказал?

— А? Н-нет! Просто… эм…

Он замялся, но затем, собравшись, произнёс:

— Я рад, что мы пришли сюда вместе.

Ринне снова посмотрела на звёзды.

— Я тоже.

Когда они вышли наружу, солнце уже стояло высоко.

— Та-ак, подожди минутку, сейчас подумаю, куда нам дальше идти.

— Шидо.

— А?

Ицука повернул голову, посмотрев на девушку рядом с собой.

— Я бы...

— Что?

— Я бы хотела посмотреть на школу, в которой ты учишься.

Просьба Ринне заставила Шидо на мгновение остолбенеть.

— Шко… лу?

— Да, — кивнула Ринне. — А что, нельзя?

— Н-нет! Не в этом дело! Просто школа сейчас закрыта, вот и…

— Тогда разве это не идеальная возможность?

Девушка встала вплотную к Шидо, смотря прямо в его глаза.

— Пожалуйста, Шидо…

Он замер. На мгновение ему показалось, что в её голосе проскользнуло что-то… странное. Слишком мягкое. Слишком настойчивое.

— Ладно… — выдохнул он. — Только ненадолго, хорошо?

Лёгкая улыбка озарила её лицо.

— Спасибо.

◇

Примерно в восемнадцати километрах от Тенгу.

— Куда мы едем, мам?

— Увидишь.

Машина плавно свернула с основной дороги на узкий съезд. Через несколько минут асфальт закончился.

Колёса тихо зашуршали по старой каменистой дороге, местами покрытой мхом.

Женя прижался лбом к стеклу.

— И снова лес… — произнес он.

— Не переживай об этом. Сейчас ты со мной, верно? — посмотрела на него Рейне.

— Да, разумеется…

Дорога становилась всё уже. Казалось, ею уже много лет почти никто не пользовался. Кое-где сквозь трещины пробивалась трава, а низкие ветви деревьев задевали крышу автомобиля.

Наконец впереди показались старые каменные столбы.

От некогда величественных ворот остались лишь две почерневшие опоры. Деревянные створки давно сгорели, а на одной из колонн ещё можно было различить полустёртый герб: переплетённые между собой меч и цветущую сакуру.

Рейне остановила машину.

— Приехали, — тихо сказала женщина.

Женя выбрался наружу и с любопытством осмотрелся.

За воротами тянулась длинная каменная дорога. Когда-то она была аккуратно выложена, но теперь многие плиты потрескались или ушли под землю. Там, в центре виднелся старый дом. Нет, домом такую махину и назвать будет грубо. Это был целый особняк, который был даже больше чем два дома Шидо вместе взятые. Было понятно, что жившие здесь люди были не бедными. Такой домище себе отгрохали.

Теперь же от него почти ничего не осталось. Всё разрушено, всё сожжено. Крыша обвалилась, территория вокруг заросла травой, второй этаж полностью разрушен, окна разбиты.

— Мам, это…

— Да, это наш дом. Вернее, то, что от него осталось.

У Евгения округлились глаза. Этот некогда величественный особняк когда-то был его домом. ЕГО домом. Именно здесь жили его родители. Чайльд и Рейне жили именно здесь, в месте, которое сейчас и домом назвать сложно.

Юноша медленно зашел на территорию особняка и начал осматриваться. Какой большой сад. Здесь можно было так весело проводить время, прятаться от родителей, играть с друзьями в салки.

Они медленно продвигались вперёд.

По обе стороны аллеи стояли потрескавшиеся каменные фонари. Некоторые лежали на земле, расколотые надвое. Между ними буйно разрослись папоротники и высокая трава.

У самого входа в особняк сохранились широкие каменные ступени.

Женя осторожно поднялся по ним. Под ногами тихо скрипнули обгоревшие доски.

Он переступил порог. Внутри пахло сыростью, старым деревом и золой, которая, казалось, не исчезла даже спустя столько лет.

Осмотревшись, Женя немного грустно улыбнулся.

— Спустя столько лет… я дома.

По его щеке скатилась слеза.

Если бы… если бы в тот день всё было иначе…