Если бы отец не погиб, если бы Уэсткотт не отдал приказ уничтожить семейство Мурасаме…

— Чёрт!..

Юноша ударил по обгоревшей стене.

И тут, откуда-то сверху свалилась какая-то вещь. Присмотревшись, Женя понял, что это рамка.

Он медленно поднял её с пола, осторожно стряхивая толстый слой пыли и сажи.

Стекло было треснувшим, деревянная рамка местами обгорела, но изображение внутри каким-то чудом сохранилось.

Женя замер.

На фотографии были трое.

Молодой мужчина с серьёзным взглядом. Рядом с ним стояла женщина с длинными светлыми волосами, которая тепло улыбалась.

А между ними…

Маленький ребёнок.

Лет пять, не больше.

Каштановые волосы, сразу видно глаза от отца, миленькое платье с цветочками.

И главное…

Это девочка.

Женя оторвал свой взгляд от фотографии и медленно повернул голову в сторону Рейне.

— Мам… кто этот ребёнок?..

Женщина подошла ближе и посмотрела на фотографию.

— Ох, надо же, я и не думала, что что-то сохранилось, — она с легкой улыбкой погладила изображение девочки. — Это Микото Мурасаме. Твоя сестра.

— Сестра?.. — тихо переспросил Женя.

Он снова посмотрел на фотографию.

На маленькую девочку, которая стояла между ними. На её улыбку. На то, как она прижималась к большому животу матери. Видимо эта фотография была сделана тогда, когда Рейне была беременна.

— У меня была сестра?..

Рейне на несколько секунд замолчала, а затем кивнула.

— Да, была.

Женя осторожно провёл пальцем по потрескавшемуся стеклу.

— Сестра… сестра…

Он медленно опустился на колени, держа фотографию в руках. Челюсть сжалась, на глазах начали наворачиваться слезы.

— Мам… где она?.. Где моя сестра?..

Женщина тяжело вздохнула и села рядом с Женей, обняв его.

— Я не знаю, милый… я не знаю.

— Не знаешь?..

Рейне лишь сильнее прижала его к себе.

— В ту ночь всё произошло слишком быстро. Я помню только огонь… крики… разрушение… я была уверена, что потеряла всё... Дом, твоего отца, тебя, Микото…

Женя опустил взгляд.

Странное чувство. Он никогда не видел эту девочку, ничего о ней не знал. Но прямо сейчас ему хотелось её обнять, уткнуться лицом в плечо старшей сестры и разрыдаться.

Но её не было рядом.

— Мам… что произошло в тот день? — Женя повернул голову. — Почему… почему это произошло?

Рейне посмотрела на него, а затем тихо вздохнула.

— Я до сих пор вспоминаю этот день в кошмарах. Я боюсь уснуть, боюсь просто закрыть глаза, так как снова и снова возвращаюсь в тот день. В день, когда я всё потеряла. На нас напали внезапно. Служанок быстро убили, а нас вывели на улицу, словно скот. Твоя сестра пыталась дать им отпор, но её быстро лишили сознания и усадили в машину. Я пыталась остановить их, но… но дальше я ничего не помню… вернее я помню только одно. Девушку.

— Девушку?..

— Да… Она появилась из ниоткуда. Она выглядела как-то необычно. Я помню только как передала тебя ей и попросила позаботиться о тебе.

— Но кто она была?

— Я не знаю. В тот момент я хотела спасти хотя бы тебя. Она взяла тебя на руки и начала так нежно укачивать… а потом я потеряла сознание. Очнулась я уже в больнице. Больше я ничего не помню. Я всё это время пыталась найти тебя, пыталась найти Микото. Ради этого я и вступила в Рататоск. Ради того, чтобы найти вас и узнать, кто ответственен за раскол нашей семьи.

Женя сжал челюсть.

Айзак Уэсткотт.

Из-за него… Из-за него его семья распалась. Из-за него его дом уничтожен. Из-за него у него не было детства.

— Я убью его…

Лишь одна фраза сорвалась с губ юноши.

Женщина посмотрела на своего сына. На парня, который держал в руках фотографию семьи, которую у него отняли.

Она понимала его.

Понимала этот гнев.

— Женя… Я тоже хотела его убить.

— Что?..

— И я солгу, если скажу, что до сих пор не желаю его смерти всей своей душой. Но… — женщина тихо вздохнула. — Но месть не вернёт нам то, что мы потеряли.

— Но ведь!..

— Женя.

Рейне тихо произнесла его имя, прижав его голову к своей груди.

— Женя… я не позволю тебе замарать руки кровью, — женщина взяла его за руку. — Эти руки созданы не для того, чтобы убивать. Они должны создавать, давать жизнь, а не отнимать её. Понимаешь?

Евгений молча посмотрел на свои руки. Затем он поднялся на ноги и вышел из дома, спустившись по лестнице. Он тихо вздохнул, а затем…

Хлоп!

Он сложил руки вместе, а затем одной рукой ухватился за сломанный фонарь. Железо тут же начало принимать необычную форму. Рейне наблюдала за этим, а затем удивленно раскрыла глаза.

Коса. В руках Жени появилась коса. Он закинул её на плечо и посмотрел на свою мать.

— Надо бы здесь прибраться, не думаешь? А то заросло тут всё, просто ужас.

Женщина на мгновение замолчала. Она ожидала, что её сын не прислушается к её словам, всё равно будет мстить Уэсткотту.