...Приземлившийся в ангар корабль ксеносов был совсем уж небольшим — и как всегда, с изящными обводами корпуса, выглядящими крайне не по-человечески. И оттуда вскоре вышел один-единственный ксенос — видимо остальные решили не рисковать собой.

Разумно, значит они умрут позже, когда Империум решит остальные, более важные проблемы, чем кучка недобитков-долгожителей. А их долгая жизнь только обеспечит людям возможность их убить даже после остальных, тех самых важных проблем.

— Приветствую вас. — раздался на чистом высоком готике голос чужака, облачённого в бирюзовый доспех. — Моё имя — Инвирис, и я представляю Иннари перед силами Империума Человечества.

— Если ты представляешь своих Иннари... Тогда ответь же на вопрос — почему ты осмелился явиться на корабль людей? Твоя смерть ведь практически гарантированна за преступления против человечества. — мгновенно соориентировалась Эмберли, выступив вперёд.

Сам же ксенос был поразительно спокоен под взглядами лазганов около сотни Имперских Гвардейцев из валльхальского полка.

— А почему вы осмелились явиться в систему, принадлежащую нам? Здесь нет ни вашего форпоста, ни колоний... Ничего. — пожал плечами ксенос в совершенно человеческом жесте. — Однако как мне сказали, я не должен провоцировать конфликта... Хо? — внезапно замер ксенос, изобразив недвижимую статую, и вынудив Эмберли с Кайафасом переглянуться и напрячься. — Да... Светловолосая мон-кей инквизитор, комиссар, солдат чью вонь я даже через доспех чую... И эти... Вальхалльцы... Да... — видимо рефлекторно на высоком готике продолжил чужак. — Понял. Слушайте меня внимательно, люди. Сюда сейчас прибудут несколько важных личностей, и... Советую бы вам проявить хотя бы каплю почтения, которое мы проявляем к вашей младшей расе.

Вероятно, будь здесь какие-нибудь космодесантники, по ксеносу бы уже открыли огонь, стерев его существование с лица принадлежащей людям галактике... Но ни Эмберли, и Каин идиотами не были — и последний погибать из-за такой мелочи вот вообще не хотел, так что просто продолжил грозно взирать на ксеноса, с которым они почти были равны ростом.

Но так или иначе, пока ситуация становилась лучше — ценные заложники летели к ним сами, однако ж... Инстинкты Каина вопили, что всё не так просто — как бы не хотелось человечеству и отдельным его представителям, но чужеродцы не были поголовно идиотами.

И вот, вскоре в ангар приземлялся второй транспортный корабль ксеносов, который выглядел более... Пёстро. Вместо привычной бирюзовой окраски, этот был испещрён множеством цветов, вместе сливающихся во весьма фантасмагоричную и сбивающую концентрацию картину.

— Надо же, какие люди! — раздался чей-то донельзя весёлый голос, заставивший дёрнуться всех имперских гвардейцев, которые едва не открыли огонь. Лишь благодаря своему опыту они сдержались и не нашпиговали выстрелами из лазганов буквально выпрыгнувшую из корабля фигуру.

— Лорд-Арлекин. — сухо проговорила Эмберли, явно узнав видовую или классовую принадлежность ксеноса из-за специализации своего Ордоса. Впрочем, Каин, давно знавший эту женщину, уловил в её голосе нотки нервозности... И стоило ли говорить, что это ему крайне не понравилось?

— Приветствую вас, инквизитор, комиссар,

И человечества отважные сыны!

Зачем же встретили вы нас, наставив пушки свои?

Мы ведь сами пришли без грозных пушек, без всякой войны?

Не с залпами орудий, не с десантом штурмовым,

Мы явились к вам со словом мирным,

Без тени всякой же вражды. — практически пропел их собеседник, делая несколько шагов вперёд. — Имя мне — Ведающий Шутник. Шутки шуткую и ведаю я.

— Инквизиции знакомы твои прегрешения. Но... С учётом нынешней ситуации... — дипломатично (по имперским меркам) начала Эмберли. — Мы готовы отложить вопрос наказания за них на иной период времени. Однако от имени Империума Человечества я, инквизитор Ордо Ксенос...

— Эмберли Вейл. — оборвал её этот... Лорд-Арлекин. — Наслышан! Ваши подвиги известны аэльдари, как и подвиги вашего супруга, комиссара Каина! Тираниды, уж извольте поверить — враги всем живым, вне зависимости от их расовой, религиозной, национальной и иной подоплёки... Хм-м-м, кодекс законов древний Терранский невольно процитировал я...

Впрочем, последние слова ксеноса никто не слушал — Каин зашёлся с лёгком кашле, когда ксенос определил его как супруга Эмберли.

— Мы не супруги. — сухо отозвалась инквизитор. — Ваши данные не точны.

— Оу? Ещё нет? — склонил голову этот чудак в маске, которая приняла задумчивое выражение и двигалась словно живая. — А, простите, до этого ещё пару лет. Несколько запутался в предсказаниях, покорнейше прошу простить...

Теперь настало время заходиться в кашле уже саму Эмберли, совсем не ожидавшую такого ответа, да и в целом такого диалога под прицелом сотни лазганов.

— Это не касается нашего дела. — взяв себя в руки, проговорила блондинистая женщина.