— И я так понимаю, нашей троице дать каждый меч в руку и разобраться с этим не выйдет? — вздохнула Ульяна, предчувствуя новые дела.

— Хотелось бы, да не выйдет. — пожимаю плечами. — В моём и твоём случае — особенно. Я уже с потрохами принадлежу другому божеству, ты, увы, не эльдарка, а Иннеад всё же наш, чисто расовый Бог, а Насмешка уже владеет одним из мечей.

— Мгм. — издала звук в поддержку Насмешка, на чьём лице застыло необычайно серьёзное для неё выражение.

— Вообще... Каждый из мечей, насколько я вообще понял, буквально переписывает того аэльдари, которым владеет — иначе это бесполезная безделушка. — пустился в рассуждения я, и хотя многое мне не было сказано прямо, так как никто ещё спящих богов не пробуждал, интуитивно я в целом понимал ситуацию: — Не сразу, как было с Насмешкой. Постепенно — год за годом, позволяя организму и душе приспособиться под влияние Бога Смерти, иначе носитель просто сдохнет... Смерть ведь!.. И каждый перестраивает по-разному, из-за чего два клинка могут превратить не в нечто органичное, а в лютую хтонь. Но и случайные Арлекины, даже Солитёры не подходят для этих клинков — критерии там неопределённые, и по сути, Иннеад сам выбирает, одобрять ли кандидата. К счастью, первую кандидатку, которая точно ему понравится, я уже знаю, мы её уже встречали.

— А вероятно, даже двух. — добавила Насмешка, на миг заставив меня замереть и вспомнить, кого она может иметь ввиду... А, дошло.

— Да, Маления тоже пойдёт... Весьма вероятно. Она всё-таки прекрасная убийца, ходит на грани смерти... Но к ней заглянем потом, сначала одна наша пиратка, что в друкхари вздумала податься. — проясняю я.

— Я начинаю думать об каком-то фаворитизме в сторону женщин... — задумчиво произнесла Ульяна, сложив руки за спиной и наклонив голову набок. — С одной стороны, как женщина я должна быть довольна, с другой стороны... Ну что вот ты опять делаешь, ушастый? У меня же сейчас когнитивный диссонанс...

— Ничего не знаю. — я демонстративно начал свистеть. — Во-первых, детям и инвалидам нужно помогать, а во-вторых, как аэльдари совершенно нормальной ориентации, среди спасительниц всего живого я желаю видеть прекрасных дам, а не прекрасных мужиков.

—...и вновь не знаю, радоваться или плакать мне от такого феминизма... Или как бы чокнутые из моего времени назвали шовинизм в сторону мужиков?.. А-а-а... Вот с кем поведёшься, тот тебе мозг и сломает... — прикрыла лицо ладонями Ульяна. — Подробности, гони подробности.

— Как скажешь. Короче, не будь дураками, Арлекины ещё до начала всей этой истории с Вашторром добыли три из оставшихся четырёх мечей Старухи, порыскав по эльдарским мирам. Угробили штук двадцать наших с Насмешкой коллег, но вытащили. Благо что пока Иннеад надёжно дрых, они буквально лежали без дела. — пускаюсь в объяснения я. — Ещё один находится непонятно где и сведений о нём нет даже в Чёрной Библиотеке, а это показатель. Ставлю свои уши, что он находится в какой-нибудь заднице мира — но на его поиски у нас ещё есть порядком времени... В Комморру же мы летим, чтобы найти одну бывшую пиратку, которая туда подалась, и вручить ей один из мечей — Кха-вир, клинок Скорби. Заодно мы устроим славное представленье, главную роль играть в котором Насмешка будет, да сила Иннеада с нею пребудет.

— Стану личностью публичной я, нового Бога провозвестницей буду я. — практически пропела Убийственная Насмешка, от которой повеяло уже привычным холодком смерти. — Смерть и возрождение Комморре принесу я. Пора обрывать Слаанеш подпитки канал.

— Вы решили раздолбать город собственных кузенов? — вскинула брови Ульяна, впервые за весь диалог действительно неподдельно удивившись.

— Представленье это конца два иметь будет — тот, кто отвергнет волю пробуждающегося Бога, тот смерть познает. — загнула указательный палец представительница Бога Смерти на земле. — Тот, кто примет его в душе своей, возможность излечить её получит.

— Классическое — ты с нами, или ты против нас. — хмыкнула Вечная. — Но остальные хотя бы об этом знают? Этот ваш Лазурный Совет?

— Только Эльдрад — он в конце-концов должен подготовиться к этому. — пожимаю плечами. — Но довольно разговоров, пора устраивать старую-добрую резню беззащитных, слабых и вообще очень беспомощных тёмных кузенов.

— И со мною в главной роли. — довольно ухмыльнулась Насмешка, но её голос по-прежнему звучал как угрожающим и будоражащий нервишки шёпот.

Шёпот, что вызывал подспудное ощущение подступающей смерти, которой так боятся друкхари, даже больше, чем все остальные аэльдари. И это при том, что в Комморре смерть наступает с гораздо большим шансом... Но что поделать, во всех вселенных тёмные эльфы непонятно каким образом выживают. Не иначе как чудом, причём самым настоящим. Что здесь, во вселенной далёкого и разбавленного нашим весельем мрачного будущего, что в каких-нибудь ещё более древних чем Ульяна, Подземельях и Драконов.