Солитёрская одежда также обратилась в единый доспех из сформировавшейся из психической энергии психокости, а бирюзовое пламя, ластившееся вокруг неё, стало куда более насыщенным психической силой.

Однако от подобных изменений Инкарна, которая воплотилась в теле Насмешки, менее могущественной ничуть не стала.

Не просто так Насмешка всё это время владела Вилит-Жаром, именно тем клинком, что в той выдуманной истории принадлежала именно Инкарне. Не просто так Цегорах имел на неё свои планы, когда сделал Солитёром и нагло умолчал, как это происходит. Мой покровитель-хитрец изначально знал о Иннеаде и делал пустых душой Солитёров именно для того, чтобы в один момент сделать одного из них кем-то подобным, концептуально противостоящим Слаанеш, которую они изображают в сценах, пьесах и представленьях.

Но в каноне его планы испортил сам Иннеад, с какого-то перепугу решивший возродить Иврейн.

...Ну а дальше...

...а дальше Смерть улыбнулась.

И Смерть охватила своим саваном пространство вокруг, заставляя коленки откровенно дрожать, а разум — пытаться заснуть вполне себе вечным сном.

Но это было лишь остаточным влиянием, тогда как основное сосредоточилось на Вашторре... Чудовище, просто чудовище.

— Нет-нет-нет... — голосом, в котором впервые я уловил панику, попытался отгородиться от неё Вашторр.

Попытался по максимуму задействовать свою импровизированную машину временит и убить себя напряжением сил, чтобы отправиться на долгое перерождение, но только бы оказаться по дальше от той сущности, что впервые себя проявила в мире.

Но правильно говорили древние люди.

От Смерти не убежишь.

Миг.

И трёхметровая фигура Инкарны, сравнявшаяся в размерах с самим Вашторром наставляет кончик Вилит-Жара на демона.

Туша последнего была тут же пронзена насквозь резко увеличившимся в длине клинком.

И принялась разъедать с чудовищно быстрой скоростью, заставляя фигуру демона бледнеть, а его металлические вживлённые части буквально ржаветь и распадаться в прах, тут же испепеляемый бушующим везде бирюзовым пламени аватары Просыпающегося Бога — теперь Иннеада Спящим Богом называть уже не следовало.

— Т̸̶͆̆̀́̆̿͊͞͞͝ы̴̵̵̷̵̶̶͋͋ͫͣ̈̏͘͝͠͠͡ м̸̸̴̵̸̵̸̴̶̾͆̽̔̿ͬ̃̑͞͠͡͠ё̵̸̶̶̴̷̸̀̈́ͫͥ͝͡р̷̵̴̸̴̸͋͛̂̉̈́̀̆ͧ̈́͘т̷̶̸̵̵̵̷̛ͤ̓̄͐̇ͧ͡͠в̵̸̴̵̴̷̴̷̶̴̸̂̍̆̈́͆́ͩ̐ͨ̇̒̉̈͝͝. С̴̶̷̷̵̸̸̸̶͆̆̀́̆̿͊ͪ̂ͦͦ̇͛͘͘͘͝͡м̶̶̶̸̷̸̴̵̸̴̶̶̛̅ͭ̋͋̇̿̈͂̂ͬ́̃́̑ͦ͡͠͠͝е̵̶̵̶̸̷̸̸̵̶̴̴̶̶ͥ̾̉̆ͫ͛̏̈́̔̾͒͋ͬ̀̂̉̈́̀̆ͧ̈́̂͘͘͝͝͞р̷̴̷̶̴̸̵̷̵̸̴̴ͩ̆̆̔̈́̆̀̆̈́͆́ͩ̐ͨ̇̒̉̈́̃̓̀̆͝͝т̴̴̶̵̴̶̷̀̌̒̇͐ͦͩͤ̃ͩ̓̈̄̀̔ͨͤ̚͡͞

Я не разобрал шёпот сонного божества смерти и мёртвых, которое тот передал через свою аватару — но произошедшее следом более чем понял.

Один из демонов, что мнили себя бессмертными, почуял это наравне с нами.

Что-ж, теперь я мог с уверенностью заявить... Да... Когда-то, бессмертные и впрямь, действительно существовали. Они летали по Имматериуму. И их можно было найти в любом уголки Варпа.

Боги Хаоса, что существовали на заре времён и собирались быть при их конце, Великие демоны, эти якобы высшие существа, не способные умереть, эти гадкие создания, Нерождённые, мнящими себя первородными существами. До сих пор их было немало, этих бессмертных демонов, у которых никогда не было нужды бояться прикосновения смерти или узнавать значение конца.

Ведь они перерождались из раза в раз, или были хотя бы разбиты на осколки, которые можно собрать вновь.

Но теперь... Теперь они просто перестали существовать. С пробуждением Спящего Бога каждый бессмертный, каждый неумирающий, утратил своё бессмертие. Эти боги старых времён более не могли избежать объятий смерти, и теперь обречены познать значения конца.

Ох... И ведь Тёмные Боги наверняка это также поймут.

И был бы нам трындец, если бы не тот факт, что силушки Иннеаду не хватит для убийства Тёмных Богов, увы. Одного — вероятно, но только если поглотит души вообще всех аэльдари, включая друкхари.

Впрочем, изначально ни я, ни Цегорах не делали ставку на Иннеада во время Великой Шутки — Инкарна станет лишь той, кто поможет нам выжить, когда мы реализуем столь масштабную завершающую шуточку. Ибо... Так, нет. Даже в мыслях нельзя поминать.

...Пока я довольно ухмылялся через боль во всём теле, Вашторр продолжал исчезать.

Его сущность не рассеивалась. Нет, она буквально погибала — окончательно и бесповоротно, при этом ускользающая энергия сущности Вашторра буквально впиталась в Вилит-Жар, передаваясь и усиляя божественную аватару Иннеада.

— Нехпрхт... — бессвязано прохрипел остаток демона, от которого остался лишь торс и голова.

Но клинок Инкарны взметнулся вверх, разрубая напополам даже этот остаток, и обращая его в прах и пепел, тут же подхваченный кружащимся подобно воздушным потокам бирюзовым пламенем, и лишая даже малейшей возможности воскресить Вашторра.

— Ху-у-у... — выдохнул я, наконец-то вернув себе самообладание. — Прекрасный исход сего акта славного представленья.