Великий Демон всё-таки смог выгадать подходящий момент и нанести опасный удар в брюхо, где кожа была более тонкой ради общей мобильности зверя.

— Пора Чака спасать. — заключил я, вставая на ноги. — Всё-таки до демонизации на Великих Демонов их выпускать один на один рано.

— Но трое бы его разорвали с гарантией. — покачав головой, заявила Ульяна, также перестав свешивать ноги с крыше. — Мы с Ишей создали какую-то лютую хрень... В хорошем смысле, опять же. Всё, идём спасать и радовать Малала известием о том, что у него появятся не менее отбитые чем он, демоны.

— Угусь.

Спрыгнув всей троицей вниз, прямиком на голову демона — мы застали его врасплох, ибо психическая маскировка у нас висел всё это время. В ином случае Великий Демон просто бы не явился, прекрасно бы осознав, что каждый из нас его зарезал бы с закрытыми глазами, ушами и носом — чисто на психическом ощущении окружающего пространства.

Мы крутые, да.

Собственно, нам понадобилось лишь отвлечь демона и слегка пройтись по нему тройными психическими молниями, а остальное дело доделал Чак, буквально опрокинув демона и сожрав ему лицо. Брутально так сожрав, с хлюпаньем и чавканьем.

Ну а теперь, да... Теперь пора к Малалу.

memes:

Глава №87. Анархия. Пофигизм. Хель-драконы.

Прим. автора: следующая прода в 10.04. в 00:00 по МСК.

120.M39. Тридцать девятый Миллениум.

Сегментум Обскурус. Неподалёку от Ока Ужаса. Планета Анархия.

Спустя восемнадцать часов.

Ведающий Шутник.

Сегментум Обскурус полыхал.

И это даже не было преувеличением или пафосным художественным описанием. Ведь этот регион Млечного Пути действительно превратился в своеобразный ближний восток времён рубежа второго и третьего Миллениумов — как метко заметила Ульяна.

В резне друг против друга сошлись малалиты, хаоситы, ленинцы (отхватившие где-то пятую часть всего Сегментума) и имперцы. Каждая из этих сторон друг друга терпеть не могла до скрежета зубов. Те же малалиты не любили Хаос по понятным причинам, не любили ленинцев за отрицание их бога, и факту служения Хаосу Неделимому, отрицая наличие у него богов, и не любили имперцев за то, что те их пытаются прикончить. Чёрные Храмовники пытались, да.

Ну и отхватили едва ли не на четверть всего ордена потерь, когда внезапно выяснилось, что даже магистры Астартес не могут сражаться хоть сколько-то эффективно против Малого Бога Хаоса. Им бы Корвуса Коракса... Но там Тёмные Боги устраивают ему догонялки по всему Варпу с приманкой в виде Лоргара. Эффективная тактика сдерживания того, кто стоит в маленьком шаге от становления таким же богоподобным созданием — наполовину похожем на сущность Малала в плане энергетической направленности, а наполовину похожим на божеств аэльдари. Нечто среднее, что ещё не появлялось на свет, а оттого нормальной классификации не поддающееся.

— Назвать планету Анархией... — весело хмыкнул я, выплывая из глубины своих размышлений о политической обстановке в галактике. — Смело.

Мои глаза быстренько прошлись по каменистой и скалистой планете, чьи скалы были в чёрно-белых тонах, но не как в старых фильмах, а насыщенными, яркими... По-сути то иных цветов я не видел вообще. И не удивительно, учитывая тот факт, что этот огромный спутник газового гиганта был наполовину погружен в Имматериум, являясь неким отдалённым аналогом Царств Хаоса настоящих Богов Хаоса.

Моргнув, я стал наблюдать за тем, как окружающая реальность, по-прежнему находящаяся наполовину в Варпе, окончательно теряет хоть какие-то естественные черты.

Теперь всё вокруг было единственных двух цветов. Белого и чёрного.

Коли наша троица не была бы троицей древних монстров, сумевших адаптироваться к законам местной реальности, мы давно бы слегли с полной зрительной и психической дезориентацией... Весь разум погрузился бы в самую настоящую... Анархию.

— Охренеть как смело. — поддакнула Ульяна. — Особенно если ты считаешь себя правителем этой планеты. Это же фактический призыв к бунтам и всякой хрени...

— Конкуренция закаляет, а ненависть к остальному Хаосу у них слишком сильна, чтобы передраться прямо сейчас. — пожимаю я плечами. — Ну а после Великой Шутки Малалиты разберутся сами с собой...

В ответ Насмешка и Ульяна прищурились, просверлив меня взглядами с обеих сторон, но я лишь весело засвистел, больше не став раскрывать ничего. Что знает двое смертных, то знает и свинья, как говаривал однажды Цегорах, переиначивший пословицу на свой лад.

Тут даже обижаться было не на что — заявление правдивое. Обожающие таинственность и загадочность божества явно имеют меньше шансов разболтать такую важную информацию.

— Рр--р-р... — издал едва слышимое рычание шагающий рядом драконий медоед, чьи чёрные глазки смотрели почти что с бешенством. Чак был недоволен, очень недоволен. Но это их перманентное согласие.