— ВХАХАХАХАХА! — развёл руки в стороны апотекарий. — Что вы, мадам, Хаосу мы не служим! Исключительно поддержанию, вха-ха-ха-ха, порядка! Порядка, вха-ха-ха, в Империуме! — грудной смех вновь разнёсся по помещению.

— Ваши варбанды нападают на человеческие планеты, а вырезают их правительство, дезорганизуют, а потом ты заявляешь, что ты не служишь Хаосу и не гнусный предатель? — резко переключив взгляд родного и кибернетического глаз на нашего Астартес, прошипела она, наставляя пистолет.

Ситуация вмиг обострилась, заставив Невесту Императора также достать с пояса запасной болтер, а в другой ещё крепче сжать цепной меч.

Ливси тоже со смехом достал свою саблю, готовый со всей скоростью космодесантника рвануть вперёд.

Астропатка сжала свой психосиловой посох, готовая вдарить психическими молниями или огнём — если стены и защитные механизмы станции повредить ими было нельзя, то вот других людей...

Орк Мендель просто достал свою крутую шмалялу, которую мы ему достали из старых разработок Федерации Человечества. Довольно изящное оружие в принципе уступало моей старой фузионной пушке, но зато выглядело донельзя сюрреалистично на фоне обычного грубого оружия орков.

Фенрир, ранее бывший весьма тихим в этом странном и пугающем для него месте — учитывая его психические силы и восприятие реальности, находиться в заблокированном ноктилитом пространстве ему было неприятно. Но сейчас он приспособился, и тем более почуял угрозу хозяевам... И этому большому человеку, которых он видел ещё на родном Фенрисе — человеку, который хорошо его чесал, когда хозяева были заняты.

— Рр-р-р-р-р... — злобный оскал волка совмещался с далеко не тихим рыком, а тело приняло позу для рывка.

Он разорвёт эту человеческую самку, только дайте ему команду!

...Смотря на энтузиазм в желании прикончить инквизитора от команды, и особенно весело было на это смотреть в исполнении другой такой же фанатички Императора... Я даже почувствовал желание позволить начаться драке. Жаль только, что у нас в команде была птица-обломинго, она же наша капитан. Ульяна обречённо застонала в голос, видимо, от абсурдности ситуации. Весёлой для нас и вызывающей испанский стыд у той, кто долгое время это самое человечество защищала от многих угроз.

— Так... В любом случае, плевать уже на скрытность. Всё равно после смерти инквизитора у тебя не будет обратной пути назад... — я бы сказал иначе, ведь труп можно спрятать и на все вопросы отвечать незнанием, но... Наша Вечная наверняка имела психологический момент для Невесты Императора, которая будет считать себя предательницей, когда поймёт, что прикончила далеко не самозваного инквизитора. — И ты окончательно вольёшься в нашу весёлую компанию. Так что можно уже и не скрывать всё.

— И зачем мы только столько притворялись? — преувеличенно печально вздохнул я, разведя руки и театрально уронив голову. — Правильно говорят в Империуме... Правильно. Увидишь инквизитора — к беде.

— Тебе я не давала слово, проклятая ксеномразь!.. — буквально выплюнула эта сумасшедшая самоубийца, моментально показывая разительное отношение между отношения к людям, пусть и предателям, и ксеносам. — Ты...

Мои сверкнувшие психической силой зелёные глаза слегка сузились и сощурились, ведь после пребывания у вполне себе толерантных орков и сотен лет обучения тау, уважительно к нам относящихся — я привык к большему большему уважения. А если не уважения, то хотя бы признания силы — Арлекинов даже друкхари недооценивать не смеют, а какая-то охамевшая дамочка... Впрочем, делать мне ничего не пришлось.

— Ты охренела, сучка! — рявком выдала Ульяна, дёрнув глазом и обрывая Катарину. — Я вообще, очень, нахрен, терпеливый человек. Даже не представляешь насколько. Мне плевать на твои обвинения, срать я на них с высоты Императорского Дворца хотела. Это ни меня, ни их не трогает. Но вот оскорблений я не потерплю. Эта ксено, ха-ха, мразь, спасла жизней больше, чем весь твой Ордос, а быть может, и Инквизиторий в целом.

Медлить наша древняя русская не стала.

Вот она с громким топотом опирается одной ногой об пол, и перенося на неё вес, резко скрывается вперёд с голыми кулаками.

Грейфакс едва-едва успевает среагировать, и с торжественным оскалом стреляет в грудь — навестись на голову Вечной она не успевает.

Раздаётся выстрел из её болтера, напоминающего арбалет, только от снаряда которого несло также, как от оружия Серых Рыцарей. Видимо тоже какая-то манипуляция с рунами и варпом.

Грудь защищённой лишь тканью Ульяны закономерно пробивает на вылет, заставляя инквизиторшу победоносно ухмыльнуться. Остальная команда только и успела, что поражённо и неверяще уставиться на это действо, не поверив в смерть капитана.

И правильно сделали.

—...и это всё? — как гром во время ясного неба раздался слегка хриплый голос русской, крепко хватающей арбалет инквизиторши. — Ты правда думаешь, что этой игрушкой можно меня убить?