И открыли по нам сосредоточенный болтерный огонь, позволяя Фулгриму оправиться от ударов, и... Нет, не продолжить бой. Он рванул прямиком к устало опирающемуся на свой молот Пертурабо, о котором в темпе схватке все просто забили.

Примарх Железных Воинов попытался отмахнуться своим оружием от Фулгрима, но был слишком, слишком уставшим. В таком состоянии его смог бы убить даже простой Астартес.

Как он умудрился так умахаться за время спуска-то?..

Ах...

Вот оно.

Фениксиец, подбросив свой меч в воздух, схватил драгоценный камень, блестевший на лбу застёжки в форме черепа. После чего прицепил к его доспеху и поймал обратно свой меч.

Я чувствовал... О да, я понял. Это была жизненная энергия и даже часть души самого Пертурабо — ауры его самого и драгоценного, извращённого силой Слаанеш, камня безумно сильно совпадали, и иное вряд-ли могло быть.

Паззл сложился. Сюжет сцены стал ясен.

Фулгрим заманил Пертурабо в ловушку, и собирался использовать для своего возвышения не только души эльдар, но и своего брата... О да, с такими вложениями он бы стал не просто очередным демон-принцем, пусть даже сильным. Он бы стал действительно первым и единственным в своём роде — Ангелом Экстерминатусом.

Но его генетические сыновья были слишком далеко, и так что мы вскоре сориентировались и нагнали Фулгрима.

Битва возобновилась, но стала она сложнее, проходя абсолютно на равных — Дети Императора уже приближались, стреляя на бегу, а на лице их примарха вновь появилась гаденькая самоуверенная улыбочка.

Фазовые клинки вновь бессильно проходили по демоническому оружию, которое теперь могло парировать все наши атаки, с изяществом нанося контратаки, вынуждая уклоняться полностью. Получать раны от демонического оружия не хотелось вообще. А его обрубок механической руки по-прежнему служил грубым средством парирования уже оружий Лордо-Фениксов.

— Я Рука Азуриана! И ты... Ты не получишь... Ничего! — гневно взревел Азурмен на языке аэльдари, также понявший обстановку не хуже меня. — Раб Той-Что-Жаждет!

Психическая сила вокруг него взорвалась, и из неё стали формироваться хвост и крылья белоснежного Феникса, поднимая фигуру Руки Азуриана в воздух.

Мой знакомый тут же рухнул на примарха, сжигая все резервы своей мощи. И к сожалению Фулгрима, местные души аэльдари, пылающие в этом духовном солнце, поддерживали не его.

— Кх-х-х... — со сдавленным хрипом он еле ушёл от одновременного взмаха меча Азурмена и наших фазовых.

Избежав серьёзных ран от оружия некронов, полубог лишился уха от удара уже нашего полубога.

— Да сдохни ты уже! — зарычала Джайн Зар, наступая на него новой бурей клинков, но вскоре отлетая мощного пинка коленом, не сломавший эльдарку пополам только благодаря силе Кхейна.

— Не-е-е-ет... — прошептал Фулгрим на готике, начиная отступать на узкий мост, по которому тут же открыл огонь из своего монструозного орудия один из Лордов-Фениксов, Мауган Ра.

Но — бесполезно.

Мост был слишком крепок даже для его пушки, и Фулгрим всё отступал назад, сократив количество противников до Азурмена и нас, двух Арлекинов.

Впрочем, тут я несколько лукавлю. Ещё нам помогал второй летающий Лорд-Феникс, Бахаррот. Тот мелькал вокруг Фулгрима, мешая ему всецело сосредоточиться на нас. Но ощутимого вреда примарху всё равно не причинял, тот был слишком... Слишком быстр, гадёныш.

...В конце-концов, мы остановились почти у постамента, в пятидесяти метров от края которого над полом парило солнце эльдарских душ, внутри которых находилась сама Лилеат.

И тут Фулгрим со всей силы ударил мечом и ногой по мосту, обменяв это на несколько глубоких порезов фазовых клинков, пробивших его фиолетовый доспех.

Мост... Мост из психокости принялся обрушаться.

Отсекая нас от подкреплений, ведь только мы успели прыгнуть вперёд. Два Лорда-Феникса, два Арлекина — однорукий примарх.

Казалось бы, расклад в нашу пользу... Но эй, Большой И, а ты не переборщил с вложением силы в своих сыновей?! Какого Слаанеша он открыл второе дыхание, резко пойдя на нас в атаку и умудряясь давить, давить... Ах ты гад, поглощаешь силу брата!

И умудряешься возноситься в демона прямиком во время нашего боя?

Твою... Мать.

Иных фраз у меня в голове не было, когда я в очередной раз избежал обезглавливания успешно вернувшимся обратно фазовым мечом из хлыстового состояния. Но этот удар откинул меня к краю постамента, едва не выбросив в пропасть.

Сила Азурмена тоже кончалась — потраченная на Н'Кари, за прошедшее время она не успела восстановиться.

Казалось бы... Победа была на блюдечке.

Но подобно ужу на сковородке, подобно самой скользкой из змей, Фулгрим сумел извернуться, доказывая, что примархи — чёртовы Мэри Сью!..