Вселенная, вероятно, решила проверить меня, потому что тут же мой пиарщик врывается в мою спальню без стука, останавливается у изножья и кричит:

— О чем, черт возьми, ты только думал?

— Ну вот, — растягиваю я слова, переворачиваясь на спину и протирая глаза.

— Это по всему Интернету! — продолжает Дреа, срывая с меня одеяло. — Ты хоть представляешь, как херово это выглядит?

Я даже глазом не моргнул, потянувшись за телефоном, лежащим на прикроватной тумбочке.

— Все действительно так плохо?

— Осталось всего несколько недель до суда, а ты все делаешь хуже. Что, черт возьми, с тобой не так? Ты специально усложняешь мне работу? — Она сует свой телефон мне в лицо, но заголовки, появляющиеся на ее экране, не оставляют меня равнодушным.

Кейн Уайлдер напивается и без причины нападает на папарацци.

Вот вам и трезвость!

Я фыркаю, глядя на фотографию, которую они прикрепили к статье. Там я уставился на чувака, который болтал о моей маме, а на его лице отражается страх и замешательство. Ублюдок выглядит так, будто вот-вот наложит в штаны.

Мне уже надоел этот разговор, и я разблокировал свой телефон, делая то же самое, что делал каждое утро в течение месяца.

Сталкерил Хэдли в социальных сетях.

Я говорил, что Хэдли — гребаный призрак в социальных сетях?

У нее всего три публикации в Instagram. Три! На одной она делает селфи со своей соседкой по комнате, на другой — снимок заката, который она сделала в Золотой бухте, а на последней — фотография, на которой они с Греем поедают мороженое в рожках, будучи детьми.

При виде подписи у меня скручивает живот. Она использовала цитату из одной из песен Анайи. Хэдс не обманывала, когда сказала, что любит ее музыку.

Любовь никуда не уходит.

Даже если это сделал ты.

Иисус.

Дреа все продолжает и продолжает жужжать на заднем плане.

— Тебе повезло, что Скар вовремя отвез тебя домой. Сначала ты идешь и даешь это интервью, проповедуя трезвость, а потом… Эй, придурок! Ты вообще меня слушаешь?

Захожу в Instagram Хэдли, и мое сердце делает сальто назад, когда я вижу, что она впервые за долгое время опубликовала что-то новое.

Она только что опубликовала историю, но я проглочу все, что угодно. Уже собираюсь нажать, чтобы просмотреть, когда у меня вырывают телефон из рук.

— Эй!

Отчаяние в моем голосе заставляет меня съежиться.

— На что ты смотришь? — Дреа замолкает в ту же секунду, как видит профиль Хэдли. — Ой.

— Верни мне мой телефон, — огрызаюсь я.

Этот телефон — последнее, что связывает меня с моей девушкой.

Он нужен мне.

Жалость наполняет взгляд Дреа.

— Ты так и не расскажешь мне, что между вами произошло?

— Отдавай. — Игнорирую ее вопрос, протягивая руку в ее сторону.

Она молчит, вероятно, раздумывая, стоит ли продолжать расспрашивать, но, похоже, решает не делать этого, потому что вздыхает.

— Небольшой совет. Возможно, ты захочешь пропустить ее пост.

Что?

Дреа возвращает мне мой телефон и поворачивается, направляясь к двери. За несколько секунд до того, как выйти из моей комнаты, она говорит:

— Одевайся. Нам нужно привести тебя в порядок.

Жду, пока она закроет дверь, прежде чем сделать именно то, чего она просила меня не делать.

Нажимаю на пост Хэдли, мне не терпится увидеть ее красивое лицо. Проблема в том, что видео записывает не Хэдли. Какая-то девушка, которую я не знаю.

Быстро сопоставляю факты.

Похоже, это ее соседка по комнате.

Брюнетка, похоже, пьяна в стельку, она держит в руках красный стаканчик и посылает воздушные поцелуи в камеру. Громкая музыка доносится из динамика моего телефона, давая понять, что они на вечеринке. На заднем плане мигающие точки светомузыки, и танцующие, прижимающиеся друг к другу, пьяные студенты колледжа.

Девушка поворачивает камеру и быстро снимает обстановку, прежде чем оборвать запись.

Я замечаю ее только при третьем просмотре.

Хэдли.

Болтает и обнимается с каким-то придурком на диване возле стены.

Его рука лежит у нее на бедре, а другой он обнимает ее за плечи.

Я пересматриваю эту историю десятки раз, чтобы убедиться, что мне это не привиделось.

Больше всего на свете я хочу разломать свой телефон. Но если он разлетится на тысячу осколков, это не поможет мне вернуть мою девушку.

Только одно поможет.

 

* * *

 

Хэдли

 

— Просыпайся, солнышко! Мы опаздываем на занятия. — Голос Мэгги доносится до меня.

Открываю глаза, тут же пытаясь сесть, но из-за жуткого головокружения снова опускаюсь на матрас.

Почему у меня такое чувство, что я умираю?

Воспоминания о прошлой ночи захлестывает меня чувством стыда и клятвенным обещанием никогда больше так много не пить.

Кто решил, что отправиться на вечеринку братства воскресным вечером — хорошая идея?