Он осмотрелся, пока мы следовали маршрутом, который проложили в первый раз, когда подошли к водопадам. Теперь листья полностью изменили цвет, осень была в самом разгаре. Мы прошли проложенной тропой к мосту. Возле ограждений он обнял меня за талию, потянул ближе, и мы уставились на открывающийся вид. Затем отправились бросать монеты в пруд желаний.

Он схватил меня за запястье, когда я собиралась бросить монету.

- Ты загадываешь только одно желание, или разбиваешь первое. Я не знаю, где это слышал, но осталось где-то в подсознании.

Я наклонилась и взглянула на него через плечо. Он помнил.

- Мой папа говорил это, и я сказала тебе, когда мы впервые приехали сюда.

- Странно, я помню, что называл тебя Веснушка, и что ты сказала, что твое имя Рейн с непроизносимым E, но я до сих пор не помню, о чем мы говорили.

Почувствовав разочарование, я обняла его за талию, когда мы вернулись в домик. Хотелось бы, чтобы я могла что-то сделать, чтобы он все вспомнил. Мы поднялись по лестнице на второй этаж. В ресторане было немноголюдно, поэтому мы нашли хороший стол у окна с панорамным видом на водопад.

- Мы обслуживаем воскресный завтрак до двух часов, - сказала официантка, вручая нам меню.

Их меню было обширным. Вместо предлагаемого завтрака с омлетом Торин отправился на кухню, чтобы поговорить с шеф-поваром. Он убедил их приготовить нам еду из своего обычного обеденного меню - ребра с жареным картофелем и спаржей для него и куриным пирогом для меня. Я была впечатлена.

Мы позавтракали, затем переместились на диван возле камина и просто заблудились в нашем маленьком мире. Позже

спустились вниз в сувенирный магазин. Я сделала ошибку, сказав Торину, что люблю статуэтки пингвинов, потому что он настаивал на том, чтобы я получила статуэтку и выдутое вручную стекло с великолепными цветами, сделанными Glass Eye Studios. Когда я прикоснулась к великолепному пресс-папье с тиснением, он тоже купил его. В описании говорилось, что зола, используемая для изготовления стекла, появилась в 1980 году из-за извержения горы Сент-Хеленс в Вашингтоне.

Пошел дождь, давая нам повод остаться немного дольше. Проводя время между уютным холлом и баром на втором этаже, снэк-баром, кофейной и сувенирным магазином внизу, мы наслаждались обществом друг друга. Посетили даже Ознакомительный центр Лесной службы США. Это не был Музей Колумбийского ущелья, Ознакомительный центр, находился всего в получасе езды от водопада, но до него стоило прогуляться. Торин любил историю и доказывал это, когда задерживался и читал сноски на картинах.

Мы не уходили до самого закрытия в шесть часов.

***

Дома Торин проводил меня до двери. Мама открыла ее, прежде чем он успел уйти.

- Эй, вы, двое, - сказала она. - Куда вы исчезли?

- Водопад Малтнома. Мы были бы дома несколько часов назад, но не могли ехать на байке под дождем, - добавила я, когда папа посмотрел на нас, выглядывая сзади. Я знала это выражение его лица. Он волновался.

- Ты благополучно вернулась домой и это главное, - мама отошла в сторону и широко распахнула дверь. - Пройдешь, Торин?

- Нет, миссис Купер. Мне нужно проверить других, - он коснулся моей руки. - Позже, - прошептал он, затем повернулся и пошел к подъездной дорожке.

- Это была экскурсия на целый день, - сказала мама, закрыв за собой дверь. Я не была уверена, была ли это критика или риторическое заявление.

- Ты не хотела, чтобы я помогала тебе чем-нибудь, не так ли?

- Нет, дорогая. Но в следующий раз, когда вы решите исчезнуть на весь день, позвони домой.

- Но Торин сказал папе, куда мы идем, и вы только что сказали, что мы благополучно добрались...

- Не имеет значения, что сказал Торин или я. Ты всегда звонишь домой, чтобы сообщить нам, что с тобой все в порядке, если уезжаешь на весь день.

Я поморщилась.

- Хорошо, - я поднялась по лестнице.

- Не так быстро, - сказал папа. - Вы поели? Я приготовил лазанью, и она всё ещё теплая.

- Мы с Торином ели на базе, пап.

Он и мама обменялись взглядом, который показался мне тревожным. Когда отец ушел в комнату и оставил меня с мамой, я точно знала, что что-то случилось. Я видела корзину в прачечной с того места, где стояла. Мама обычно загружала стирку и составляла ему компанию, в то время как он смотрел игру по телевидению.

- Все в порядке?

- Миссис Ратледж сказала, что она видела, как ты разговаривала сама с собой прошлой ночью. Есть ли что-то, что ты хочешь мне сказать?

Любопытная карга. Я ненавидела ее, но не так сильно, как ненавидела трех Норны. Они, должно быть, были невидимые, что означало, что я выглядела как полный псих, разговаривая сама с собой. Неудивительно, что миссис Ратледж улыбнулась мне. Она, наверное, пожалела меня.

- Ну? - спросила мама.

Вздохнув, я рассуждала, как с этим справиться. Если скажу ей, что Норны пришли в дом, мама будет беситься. Кроме того, я не могла сказать ей, что они говорили с Эриком без подготовки.