— А ты, моя дорогая, — произнес Граф Уортингтон, и я знала, что он обращается ко мне. — Приятно, наконец, познакомиться с девушкой, что проходит между мирами и общается с Норнами.

— Хочешь поменяться местами? — выпалила я, хотя он не должен знать, что по правде я думаю о своих дарах, которые он так жаждал. И я снова сосредоточилась на воздухе за ним. Где же ее душа?

Граф начал толкать хвалебную речь перед всеми, и я уже слушала его в пол-уха.

— Друзья мои, мы сражались и защищали человечество столетиями просто за спасибо и рукопожатие от богов, — начал он.

Воздух позади него переливался, как тепло, идущее от раскаленного бетона.

— Одна цивилизация сменяла другую, мы наблюдали, как они начинали одну бессмысленную войну за другой, убивали друг друга и разрушали все, чтобы потом отстраивать все снова.

Мираж принял форму женщины в длинном развевающемся белом платье с длинными широкими рукавами, сужеными на запястьях. Воротник и рукава расшиты красивой вышивкой, и на ней были накидка, держащаяся на завязках и пояс на талии. Волосы пепельно-белого цвета, как у Ингрид, подумала я вначале, но потом поняла, что на ней был надет белый шелковый шарф, спадающий на спину.

— И вот настал час, когда мы должны получить то, что заслужили по праву, награду и признание, — продолжал Граф, — час, когда мы будем сидеть за столом с нашими падшими братьями и сестрами, рука об руку с богами, и пить эль, поданный красивыми Валькириями.

— Дааа! — хором закричала толпа.

— Это наше право как Бессмертных, наша судьба…

Криков от его последователей стало больше, а он все разглагольствовал о победе в Рагнареке и превращении в богов и богинь. Слишком высоко метишь, друг. Удачи с этим.

Душа выглядела уже четче, но я все еще могла видеть сквозь нее. Кора рассказывала, что они выглядят как обычные люди. Может мне предназначено видеть их только в таком виде. Прозрачными. Призраками самих себя. Она была красивой, с идеальной кожей, но ее глаза… Они безжизненны. Как у куклы. Жуткое зрелище.

Неужели все души так выглядят?

— Эта юная Провидица проведет нас к Бифросту. Мы пересечем его и войдем в Вальгаллу как герои, коими и являемся. Ведьмы, колдуны и шаманы будут радушно приняты в наш круг. Ваш молодой предводитель этому доказательство.

Что? Мой взгляд переметнулся с матери Торина на Эрика. Эрик был предводителем ведьм? Это тогда означает, что он созвал Зов и привел Графа к нам?

— А теперь, Лорейн Купер, — произнес Граф. — Мы готовы. Покажи нам путь к богам. Открой портал к Бифросту.

Серьезно? Он действительно думает, что это будет так просто?

— Нет. Никто никуда не пойдет, пока ты не освободишь ее. — Я указала на душу.

Граф оглянулся назад и помрачнел.

— Освободишь кого?

— Несчастную душу, которую ты веками таскал за собой. Твою жену. Отпусти ее.

Он рассмеялся.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь. Здесь никого нет.

— Тогда тебе стоит посмотреть получше. Ты держал ее рядом так долго, что она почти растворилась. — Душа посмотрела на меня с такой надеждой, что у меня сердце облилось кровью за нее. — Но я ее вижу. Да, леди Аделаида, я вас вижу. Пожалуйста, покажитесь. Позвольте им увидеть, во что он вас превратил.

Она попыталась принять человеческий облик, но была слишком слаба. Я видела это в ее глазах, и то, как ее тело тускнело. Века пребывания рядом с ее мужем, должно быть, забрали из нее всю энергию.

Граф рассвирепел.

— Друзья мои, вспомните, зачем мы здесь собрались, — закричал он. — Эта девчонка пытается вас одурачить. Здесь ничего нет, и нас больше ничто не держит. Она обещала привести нас в Асгард.

Обещала кому? Эрику? Куда он делся?

— Нет, не обещала, — выкрикнула я в ответ.

— Посмотри сюда, глупая ты девчонка, — гаркнул на меня Граф. — Единственная причина, по которой я не ворвался в твой жалкий городишко и не разрушил все до основания, так это потому, что Эрик сказал, что ты желаешь помочь нам. Что ты хотела попасть в Асгард, но Норны отказали тебе. Это шанс показать им, что они не контролируют ни тебя, ни твое будущее.

— Они уже это поняли, так же как и то, что я не буду объединяться с Бессмертными, такими как ты и она. — Я указала на его спутницу, мадам Босвилльс.

— Слушай, ты, дрянь. Если откажешься, то от твоего городишка станется лишь название.

Я смотрела прямо на него, но мои мысли были заняты только матерью Торина и тем, как ее освободить.

— Вперед, сожги его, и посмотрим, кто кем останется. Леди Аделаида? — позвала я. Она подняла глаза, удивленная. У нее были бледно-голубые глаза, как и у теперешнего Графа Уортингтона.

Граф потянулся, чтобы схватить меня за руку, но тут произошло что-то странное. Плеть от растущего рядом дерева хлестнула его руку, обвилась вокруг нее и дернула.

Люди в испуге отступили назад. Некоторые тыкали пальцами.