Я заглянула в особняк, прислушиваясь, здесь ли домработница. Было тихо. Должно быть, её сегодня нет. Я вышла из комнаты. Портал в зеркале, ведущий в мою спальню, начал меняться. Кошка покинула своё полюбившееся место на подоконнике и с любопытством взглянула на меня, перед тем как портал рассеялся.

Тишина стояла жутковатая, напомнив мне о тех днях, когда Эрик жил здесь с родителями. Мистер и миссис Севилль пытались вести себя как обычная смертная семья, окружая себя дорогими картинами и всякими безделушками. Но я всегда чувствовала, что с ними что-то не так. Они были слишком холодны и неприветливы по отношению ко всем вокруг, включая Эрика, который был якобы их приёмным сыном. И я оказалась права. Севилли оказались Бессмертными из Асгарда, служившими богам. А их приёмный ребёнок, мой лучший друг детства, оказался внуком Одина. Я очень скучаю по Эрику. Будь он хоть трижды бог. Мы выросли вместе, как брат и сестра.

Я направилась к лестнице через гостиную. Сейчас комната казалась уютнее, чем тогда, когда здесь жил Эрик. Стулья выглядели удобнее, а дорогущие картины и прочие предметы роскоши благодаря Лавании сменились более жизнерадостными современными предметами искусства. Двухэтажное фойе с винтовой лестницей всё ещё выглядело довольно внушительно, но я уже не боялась случайно задеть и уронить вазу или ещё какой элемент декора, достойный музея.

Я поднялась наверх, повернула налево и прошла мимо спальни Эндриса в библиотеку. Кто бы сомневался, что Эндрис поселится рядом с книгами. Этот парень — настоящий книжный червь. Я даже заметила очки на его прикроватной тумбочке. Сам он никогда не признается ни в наличии очков, ни в любви к книгам. Ингрид и Лавания жили по другую сторону от лестницы. Комната Блейна и бывшая спальня Эрика находились на первом этаже у бассейна. Торин мог бы занять комнату Эрика, но решил поселиться поближе ко мне.

— Я уже успела познакомиться с твоей кошкой, когда заглянула к вам домой, — сказала Лавания, едва я переступила порог библиотеки. Панорамное окно во всю стену открывало вид на бассейн этажом ниже, где сегодня никого не было. Ребята не дома. Блейн, будучи Бессмертным, скорее всего, отправился на задание. Ингрид, наверное, сейчас на тренировке чирлидерш или зависает с подругами. Ей предложили стажировку в Нью-Йорке в должности редактора, но я не знаю, собирается ли она туда поехать. Сначала она хочет освоить руны на занятиях Лавании вместе со мной.

Эндрис обратил Ингрид в Бессмертную, использовав свой личный артавус, а не специально выбранный для неё. Вот так вот всё сложно с рунами. Каждый должен использовать свои собственные артаво. Если использовать чужой, то эффект продлится всего несколько столетий, сколько рун ни добавляй. Ингрид стала Бессмертной недавно — пару веков назад, но несколько недель назад она заметила, что начинает стареть. Лавания очень любезно раздобыла для неё артаво из Асгарда. Она же дала мне мой набор, включая артавус для нательных рун и специальные артаво для создания порталов на различных поверхностях или починки предметов.

Лаванию можно назвать создательницей Бессмертных. Она уполномочена использовать руны на людях — смертных, как их принято называть, и обращать их в Бессмертных. Обращение — это длительный процесс, требующий нескольких месяцев и кучи руны. Я всё ещё продолжаю вырезать руны на своей коже, хотя уже не так часто, как делала это семь месяцев назад, когда мы только начали тренироваться. Лавания занимается этим уже давно. Именно она сделала Торина и Эндриса Валькириями много веков назад.

Я скинула туфли и села на гимнастический коврик напротив её такого же. Я уже привыкла сидеть на полу на ковриках и пользоваться низкими столиками, как она меня научила. Особенно когда столики выстроены в ряд и заполнены учебниками, разными книгами по рунам и ножнами с артаво для нас троих — Коры, Ингрид и меня. Поскольку сегодня мы не будем заниматься рунами, а у нас индивидуальное занятия, Лавания отодвинула три стола, чтобы образовать больше свободного пространства. Если кто-то войдёт, подумает, что мы медитируем.

— У тебя тоже когда-то была кошка? — поинтересовалась я.

— Да, перед тем как я присоединилась к весталкам. Я даже назвала её Вестой в честь богини. В храме, где мы жили, было несколько кошек и котов. В те времена они считались божествами свободы, и им приносили подношения.

Она стала Валькирией в эпоху расцвета Древнего Рима.

— Должен же быть какой-то учебник, — сказала я. — Чего ожидать, когда у ведьмы начинает проявляться дар? Как тренировать фамильяра? Что делать с видениями и Норнами?

Лавания усмехнулась и взяла меня за руки. Торин заглянул в комнату, но она шикнула на него. Как только дверь за ним закрылась, Лавания сосредоточила всё внимание на мне.

— Мы со всем разберёмся, — ответила она. — Я покажу тебе, как направить силу, как её выпустить и как заблокировать. Это поможет тебе научиться управлять видениями.

Да! Именно это я и хотела услышать.