– Ах, вы мой шутник! Это же племянница графини Крэнфорд! Помните ее? Мисс Вивиан, первая красавица сезона! Она и ее супруг мистер Уингтон, этот молодой красавец, долго не появлялись в свете, и я даже слышала, что они уехали из Лондона… Ах, какая удачливая девица! Только подумать: бесприданница, а сумела заполучить такого красавца-супруга, единственного наследника богатого банкира… – Сердце миссис Валент вдруг сжалось от боли. – Как хорошо, что она уже замужем. У нашей дочери есть шанс… Хоть и небольшой, но есть. Она хорошая девочка, наша Хелен… – Она робко взглянула на своего супруга и тихо спросила: – Как вы думаете, мистер Валент, скоро ли наша дочь пойдет к алтарю с достойным ее джентльменом? Пусть она – не писаная красавица, как эта рыжая русалка, но мы даем за ней приданое.

– Никаких сомнений, моя дорогая миссис Валент! Это ее первый сезон, но, будьте уверены, уже к осени в наш дом явится молодой аристократ, чтобы украсть нашу Хелен из родительского гнезда! – уверенно ответил мистер Валент. – Но, Бога ради, еще пуншу! Кажется, нас здесь желают погубить этой жарой!

Глава 2

Глава 2

Карета катилась довольно медленно, осторожно, словно кучер нарочно пытался укачать своих хозяев в сон. Мистер Валент мужественно крепился, не желая вдруг уснуть и обеспокоить довольно громким храпом своих супругу и дочь, к тому же он желал побеседовать с Хелен о прошедшем вечере и о том, с кем она свела знакомство. Миссис Валент необходимо было разузнать от дочери то же самое, но, увы, она не смогла противостоять усталости и спала, положив голову на крепкое и уютное плечо своего супруга.

– Этот вечер прошел удачно, не так ли моя дорогая? – тихо, но с подбадривающей улыбкой спросил мистер Валент свою дочь. Его красивое, но усталое долгим балом лицо светилось любопытством. И это любопытство не было праздным: ему требовалось знать, появился ли у Хелен ухажер, который, возможно, вскоре пожелал попросить ее руки. Ведь денег на дебют своей старшей дочери Валенты потратили немало, если не сказать, ужасно много. Но эти инвестиции, надеялись Валенты, скоро принесут свои плоды, и Хелен выйдет замуж в свой первый же сезон.

Хелен сидела рядом с окном, на котором нарочно приоткрыла темную, расшитую гардину, и, прижав голову к стеклу, смотрела на пролетающие мимо нее огни фонарей, освещающие эти чужие ей, широкие, каменные улицы. Дорогой веер девушки, которым, находясь на душном балу, она пыталась хоть слегка остудить свои горящие щеки и шею, лежал рядом с мисс Валент на мягком сидении кареты, – забытый и ненужный.

– Я, право, не знаю. Вечер как вечер, – тихо, не отнимая взгляда от улицы, ответила Хелен и устало закрыла глаза.

Бал в честь помолвки мисс Бэкли и герцога Найтингейла продолжался до самого утра, а окна бального и обеденного залов все так же были закрыты. Невыносимая жара, запах пота, неумолкающие ни на миг гости, громкий смех, глупые шутки и топот каблуков танцующих – все это угнетало и приносило мисс Валент дискомфорт. Находясь в том зале, среди богачей и аристократов, Хелен мечтала лишь об одном – сбежать. Сесть в карету, ожидающую cемейство Валент, откинуться на спинку сидения и громко выдохнуть, чтобы снять это неприятное напряжение, раздражение и боль, которыми, впрочем, ее душа была наполнена на каждом балу, который ей приходилось посещать. Но уйти с бала раньше времени – дурной тон, поэтому ей пришлось пережить и ужин, и танцы, и игру в карты… В этот вечер ее не приглашали на танец, чему девушка была рада и чем была огорчена одновременно, но, стоя за широкой белой колонной, она не отрывала взгляд от танцующих, молча завидуя их умению радоваться и получать наслаждение от такой малости, как танцы. Да и в карты она не играла – пока остальные гостьи весело щебетали, сплетничали и пытались обыграть одна другую, Хелен сидела на небольшой софе, рядом со своей матерью, и внимательно наблюдала за всем происходящим вокруг нее. Мисс Валент предпочитала созерцать – принимать участие претило ей до глубины души.

«Тебе нужно завести новые знакомства, моя дорогая. Валент – звучит громко и величественно, однако без нужных связей и знакомств, это всего лишь имя,» – шепнула тогда миссис Валент своей дочери. «Все девицы моего возраста, которых можно встретить в свете, не отличаются страстью к размышлениям или интересным беседам, а в сплетнях я не сильна,» – ответила тогда Хелен. «Но только подумай, как приятно изменилось бы твое времяпровождение, если бы ты смогла разделить его с подругой. Не нужно с десяток, хватит и одной! Думаю, не одна ты томишься от недостатка внимания джентльменов,» – вкрадчиво сказала миссис Валент, но, увидев скучающее выражение, появившееся на лице дочери, не стала настаивать на своем, а вместо этого завела беседу со своим супругом. «Увы, леди, которую я боготворю, никогда не заговорит со мной и никогда не станет мне подругой. Одна подруга-дурнушка у нее уже имеется. К чему ей еще и я? Но чему я удивляюсь? Эти девицы, которых Создатель одарил красотой и шармом, все на один манер – бездушные и черствые,» – подумала в свою очередь Хелен и дала себе слово не унижаться ни перед своим кумиром, ни перед кем-либо другим.