Однако я уже скучал по ней, и сегодня вечером, выиграю я или проиграю, мне нужно было отвлечься от невозможности проснуться рядом с ней.

Ладно, теперь ты Энджел Кингстон, крутой хоккеист. Все тебя любят, все будут смотреть на тебя. Майя будет наблюдать.

Мои глаза распахнулись при звуке прочищения горла, мои чувства уже готовились к драке или бегству. Вейп-сок заполнил мои ноздри, и я расслабился, потому что это был всего лишь Ной. Я прислушался к предупреждению Майи, но я точно знал, что Николасу и Страйкерам я могу доверять.

Он несколько раз приложился к вейпу, прежде чем заговорить. — Ты ведь не ложился спать, чувак?

Я покачал головой, моя челюсть напряглась, когда я наблюдал, как он с гримасой затягивается. Никакой ненависти, просто это не в моем вкусе.

— Честно говоря, я удивлен, что ты не нашел способа отвлечься от этих игр и остаться дома. Я бы так и сделал, — сказал Ной, кивая мне головой.

— Ты пытаешься заставить меня почувствовать себя куском дерьма, потому что это работает, — Дело было не только в том, что я был так далеко от Майи. Дело было в том, что эта разлука заставила меня чувствовать себя слишком неловко, а не доверять людям, которых ты считал своей семьей, было нелегким делом. — Я собираюсь сходить в спортзал, хочешь присоединиться?

— Оооо, весело в спортзале. По крайней мере, сначала пригласи меня поужинать, Кингстон, — передразнил он игривым тоном.

Когда стали известны подробности моей жизни вне хоккея, у некоторых ребят возникли сомнения, что, я думаю, было справедливо. Ной никогда не относился ко мне по-другому, и я был благодарный за это. Возможно, в другой жизни на моем месте был бы он, а не Ник. Но Ной был очень погружен в свою собственную динамику, что само по себе было табу. Мы с Ноем держали друг друга в узде, помогали друг другу сдерживать тьму. Николас пытался заглушить эту часть меня в прошлом, и я любил его за это, но мне нужно было, чтобы меня понимали, и вот тут-то и появился Ной. Он понимал потерю и то, как чувство вины, горя и злости разъедает тебя. Иногда единственным способом справиться с этим было покончить с этим или найти другое хобби, чтобы заглушить голоса, которые постоянно говорили тебе делать или говорить больше. Те, которые говорили тебе, что ты никогда не будешь достаточно хорош или силен, чтобы сделать это. У Ноя были мотоциклы, а у меня был секс. Может быть, я скоро возьму Майю с собой на какие-нибудь из его гонок.

Он выпрямился, порылся в кармане, достал круглый предмет среднего размера и положил его мне на ладонь. — Это не кажется знакомым?

Я задумался над предметом, который держал в руке. Он был гладким, как стекло, но мутным, и из-за него воздух казался разреженным. Это заняло несколько минут, и я стиснул челюсти, как только понял.

Фальшивый глаз Лоренцо.

Подозрительно прищурившись, я сделал шаг к нему. — Где ты это нашел и почему оно у тебя? — спокойно спросил я, и каждый волосок у меня на затылке встал дыбом. Призрачная мелодия его свиста зазвучала в моих ушах, и я все больше осознавал, что меня окружает.

— Ну, после того, как я получил правый хук от твоей девушки, я решил осмотреть комнату с оборудованием, и оно просто лежало там на столе, — он сунул руку в задний карман и вытащил вейп, сделал дрожащую затяжку и выдохнул, прежде чем продолжить. — Кто-то хотел, чтобы ты нашел его, Энджел. Это произошло публично, в присутствии всех нас. Майя не виновата в том, что так отреагировала, и я ей верю. Я уже видел этот взгляд раньше, так что, думаю, пришло время начать говорить о том, что происходит на самом деле, пока не стало слишком поздно.

— Кто был с ней последним? — Ной был прав, но сегодня была не та ночь. Сегодня нам нужно было победить.

— Новичок. Я видел, как они разговаривали по дороге в раздевалку, вот почему я слышал, как она плакала за дверью раздевалки.

Новичок, правда?

Я на мгновение закрыл лицо руками, от моего теплого дыхания моя рука стала влажной, когда я подавил панику, когда его следующее заявление пронзило меня самым ужасным из возможных способов.

— В тот день ты сказал нам, как команде, что всегда предпочтешь Майю нам, — еще одна затяжка. — Итак, я собираюсь спросить еще раз. Какого хрена ты здесь, а она там, и ее защищает какой-то придурок, которого ты не видел много лет, и его подружка?