Вместе. И это было величайшим волшебством из всех.

Рождество было именно таким, каким и должно быть. Чистое бледное небо над свежим пушистым снегом. Руби проснулась с восторженным воплем и кубарем скатилась по лестнице. Джаспер ухмыльнулся в подушку, мысленно отслеживая её шаги по дому, пока она не затормозила перед елкой. Он напрягся. Елка. Подарки...

Он резко сел, но Эбигейл обхватила его рукой и затащила обратно в постель.

— Я разложила подарки.

— Что? Когда?

— Не уверена. Кажется, где-то после того, как я вымотала тебя так сильно, что ты проспал всю ночь как бревно?

У Эбигейл был идеальный беспорядок на голове, идеальная сонная и самодовольная улыбка и идеальные сияющие глаза. Он целовал её до тех пор, пока что-то не прилетело ему в голову.

— Перестаньте ЦЕЛОВАТЬСЯ! Сейчас РОЖДЕСТВО! — проревела Руби. — Я принесла ваши НОСКИ!

Эбигейл вывернулась из-под него и поймала свой чулок прежде, чем тот врезался ей в лицо. Она поправила бретельку майки, и Джаспера прошибло внезапное яркое воспоминание о том, как она надевала её прошлой ночью. И как снимала. Когда она успела снова её надеть?

— Счастливого Рождества, солнышко, — смеясь, сказала Эбигейл, пока дочь карабкалась к ним на кровать, настолько возбужденная, что чешуйки мерцали у неё на скулах и лбу. Впрочем, риска обращения не было — не тогда, когда она так крепко сжимала свой рождественский чулок.

— И счастливого Рождества тебе, любовь моя, — обратилась она к Джасперу. Их взгляды встретились, и он почувствовал, что влюбляется заново. — Какой у нас план на сегодня?

— На сегодня? А какой сегодня день? — спросил он, забавно морща лоб.

— Сегодня РОЖДЕСТВО! — в один голос ответили Руби и Эбигейл. Руби — с притворным возмущением, Эбигейл — заходясь от смеха.

— Что? Уже? — он поднял руки, защищаясь от атаки подушкой. — Ладно! Сдаюсь! Счастливого Рождества!

Поставив отца на место, Руби занялась важным делом — раздачей подарков из чулков. Джаспер и Эбигейл охали и ахали над безделушками и лакомствами, о которых они намекали друг другу, и искренне радовались тем немногим секретным подаркам, которые им удалось подкинуть в общую кучу.

— Что касается планов, — сказал Джаспер, притягивая Эбигейл к себе. — Скажем так, я подозреваю, что у наших друзей припасено что-то в рукаве.

Когда чулки были опустошены, все спустились вниз. Джаспер жарил вафли, Эбигейл хлопотала над кофе и горячим шоколадом, а Руби не сводила глаз с подарков под елкой, придирчиво выбирая, какие из них она попросит открыть сейчас, а какие они возьмут с собой в машину, чтобы отвезти к тёте и дяде.

Сердце Джаспера таяло, пока он наблюдал за ней. Украшение в форме сердца на верхушке елки сверкало в утреннем свете, льющемся из окна. Самый первый подарок, который Эбигейл когда-то сделала ему. Сердце его рождественских сокровищ и напоминание обо всем, что они значили друг для друга.

Рождество в доме Опал и Хэнка всегда требовало участия всех присутствующих. Сначала был обед и подарки, затем полдник и подарки, потом вялая попытка прогуляться для улучшения пищеварения — и снова подарки. Затем ужин, музыка, игры и бесконечный поток друзей и соседей. Местные оборотни, лучшие друзья Джаспера и Эбигейл, часто заглядывали в лодж Хартвеллов ради уединения и свободы — здесь можно было спокойно оборачиваться в животных. И Рождество не было исключением, разве что адские гончие и прочие мифические звери рисковали быть украшенными не менее празднично, чем елка, если решали вздремнуть там, где играли дети. А еще их использовали как портативные костры для жарки маршмэллоу.

Спустилась ночь, и на заднем дворе весело пылал настоящий костер, когда Эбигейл подошла к Джасперу сзади и обняла его за талию.

— Твоя взяла, — сказала она. — Это Рождество действительно лучшее.

— Каждое Рождество с тобой — лучшее, — ответил он.

— Напомнить тебе об этом, когда в следующем году ты снова начнешь сходить с ума?

Он развернул её и обнял, положив подбородок ей на макушку.

— Запиши это в календарь.

— Обязательно.

— А я запишу в свой: «Помни, что любовь всей твоей жизни начнет беспокоиться из-за того, что ты слишком загоняешься по поводу Рождества, примерно в это время». — он поцеловал её. — А потом...

Он замолчал, внезапно уловив приглушенный шепот за спиной. Мгновение спустя воздух взорвался радостными криками.

— С днем рождения!

Он обернулся, не выпуская Эбигейл из объятий. Все друзья и родные собрались позади него, сияя улыбками.

— О нет, — в шутку простонал он.

— О да, — объявила Опал с притворно-строгим видом. — Ты думал, мы забудем?

— Я... — он посмотрел на Эбигейл. — Ты была в курсе?

— Неужели ты думал, что я забуду про твой день рождения?

— Но ведь... сегодня Рождество...

— И это не единственный повод для праздника. — она вложила свою ладонь в его. — Ты готов к новым подаркам? К песням? К торту?