— Да. — она толкнула его обратно, упершись ладонями в его грудь, пока не уложила так, как ей было удобно, а затем её руки скользнули ниже. Она расстегнула каждую пуговицу на его рубашке, взъерошив дорожку рыже-золотистых волос, ведущую к поясу брюк.

— Позволь мне сначала сделать подарок тебе.

Она высвободила его член с нежной уверенностью, обхватив его пальцами с истинно собственническим намерением. В голове у Джаспера взорвался фейерверк.

Эбигейл вскинула глаза, глядя на него лукаво и дерзко из-под длинных ресниц.

— Я правда хотела, чтобы ты расслабился в эти праздники, — сказала она с притворно-извиняющимся и совершенно нераскаянным видом. — Но еще я хотела этого.

Она прильнула к нему губами, целуя кончик лениво и размеренно, отчего его пальцы сами собой сжались в кулаки. Когда она взяла его в рот, от тесного тепла её губ у него на мгновение потемнело в глазах.

Она знала его так хорошо. Знала идеальное давление, скорость и эти медленные, дразнящие движения языком...

— О боже, — выдохнул он, и она подняла на него сияющие глаза.

— Ты был так занят, — невинно пожаловалась она, слизывая капли от основания до самого верха. — И я правда хотела остановить тебя, чтобы помочь отдохнуть, но честно? — она провела языком с другой стороны, и взгляд Джаспера стал совсем затуманенным. — Дело было и в этом тоже. Я хотела, чтобы у нас было счастливое Рождество... но еще я хотела тебя только для себя.

Она закрыла глаза и полностью погрузилась в процесс, довольно мурлыча. У Джаспера не было слов. Огонь бежал по венам, пока он наблюдал, как его пара получает удовольствие, лаская его. Он тоже хотел её — но позволить ей брать то, что она хочет, и возвращать это наслаждение десятикратно?

Золотая нить между ними сияла; страсть сплеталась с любовью, которая становилась сильнее с каждым годом. И Джаспер не в первый раз задался вопросом: как же ему, черт возьми, так повезло?

— Я люблю тебя, — выдавил он, и Эбигейл снова посмотрела на него.

— Я никогда в этом не сомневалась. — она снова поцеловала его. — Хочешь закончить так?

В её глазах было обещание, а в руках — его плоть. Это было обещание, которое она умела держать. И он собирался наслаждаться каждым мгновением.

— Я сказал тебе, чего хочу. — он сел и притянул её к себе, целуя и чувствуя вкус самого себя на её губах.

— Ты хочешь, чтобы мне было хорошо. Поверь, мне очень хорошо.

— И я не могу попытаться сделать еще лучше?

Он повалил её на спину, сбрасывая остатки одежды, чтобы между ними ничего не осталось. Она была теплой, но он был бушующим пламенем. Она завладела им, уверенная в своем праве на его удовольствие, и теперь настала его очередь. Он был драконом, а она — его величайшим сокровищем.

Он скользнул рукой ей между ног. Она была горячей и влажной.

— Дразнишь, — проворчала она, качая бедрами. Её дыхание превратилось в рваный стон, когда она нашла то самое давление, которое обожала.

— Это я-то дразню?

— Ты знаешь, что я хочу большего.

— М-мм, — уступил он, двигаясь к ней. Он провел кончиком члена по её входу, наслаждаясь тем, как сильно она жаждет его. Она застонала, и этот звук подстегнул его похоть. Он хотел слышать это снова и снова. Он хотел каждую её частичку. И...

— Я хочу увидеть, как ты кончишь первой, — прошептал он.

— С этим... проблем не будет, — заверила она, подавляя смех сквозь стиснутые зубы.

— Вот как? — он устроился между её бедер. — Покажи мне.

Она откинула голову назад со вздохом, в котором смешались нужда и облегчение. Одна её нога обхватила его талию, другая уперлась в матрас; она удерживала его бедра неподвижно, сама прижимаясь и двигаясь навстречу. Она была великолепна. Дыхание участилось, переходя в тихие поскуливания, которые заставляли его толкаться почти неосознанно. Её глаза распахнулись, когда нахлынул оргазм.

— А-а-ах!

Он заглушил её крик глубоким поцелуем, входя в неё одним плавным движением, пока её тело всё еще содрогалось и трепетало от экстаза. Он двигался в ней, пока она переживала афтершоки, теряясь в её сладком, тесном тепле.

Желание вело его за собой, и стоны Эбигейл изменились, когда он ускорился. Она отвечала на каждое его движение, и когда он наконец излился внутри неё, она достигла пика снова. Каждый её вдох делал его собственное наслаждение еще ярче.

Его пара. Его жена. Его партнер на всю жизнь.

Когда позже они лежали вместе, потные и удовлетворенные; когда они прокрались в душ, отмывались, целовались и дурачились, пока снова не рухнули в постель — на этот раз чтобы уснуть, — одна мысль умиротворенно дрейфовала в его голове. Судьба нашла их друг для друга.

Он посмотрел на неё, спящую в его руках. Одна её ладонь покоилась у него на груди — собственнический жест даже во сне. Узы связи тихо пульсировали, соединяя их сердца и души.

Это была магия. Но всё остальное — их совместная жизнь? Судьба тут была ни при чем. Их жизнь и их счастье были делом их собственных рук.