— Я тоже тебя люблю!

— Обещаю, что буду заботиться о тебе и...

— Мы будем заботиться друг о друге.

— Мне нравится этот план. — Он подмигнул, опуская меня на пол. Оут наклонился, и его губы коснулись моего уха. — Как насчет того, чтобы мы выиграли это дело, прежде чем разойдемся по домам, и ты сможешь оставаться под присягой (прим. перев. «stay under Oath» игра слов «остаться под присягой/под Оутом») всю ночь? — его рокочущий голос был достаточно тихим только для моих ушей. Мне понравилось его порочное обещание. Я отстранилась и игриво шлепнула его по груди с улыбкой на лице.

Но прежде чем я успела ответить, к трибуне подошла моя семья, и мы вышли им навстречу. Один за другим они поздравляли и обнимали нас. Десятиминутный перерыв длился больше двадцати минут.

К счастью, судья, похоже, не возражал.

Эпилог

Оут

Шесть лет спустя

Я ждал, пока кофе сварится в комнате отдыха в офисе. Разминая шею то в одну, то в другую сторону. Было поздно. Намного позже, чем я привык, или с тех пор, как познакомился с Фернандой.

Я больше не засиживался допоздна, как раньше, когда был один.

Прошло чертовски много времени с тех пор, как я засиживался допоздна. Я налил себе кофе и проверил телефон. На экране блокировки появилось наше с Фернандой совместное фото, за нашими спинами падал снег, а мы улыбались так, словно ни о чем в мире не беспокоились. Зазвонил мой телефон. Изображение моей жены появилось так же быстро, как и улыбка на моем лице.

— Я как раз думал о тебе, — поделился я моментом, когда ответил.

— Неужели? — протянула она, растягивая слова. — Как продвигается изучение конкретного случая?

— Медленно, — простонал я. — Жаль, что я не дома.

— Почему? Меня там нет.

Я рассмеялся, восхищенный ее дерзостью.

— Ты знаешь, что я имею в виду.

Я каким-то образом уговорил Фернанду выйти за меня замуж, как только она окончила университет. Буквально. С ее выпускного вечера мы отправились в часовню, а ее семья и моя путешествовали на фургонах из одного места в другое. Моя скромная женщина настаивала, что не хочет делать из нашей свадьбы ничего особенного. Мы стояли в маленькой часовне и обменялись клятвами перед всей семьей. Но я ничего не смог с собой поделать. Я удивил ее, устроив грандиозный прием, который моя сестра Хонор помогла мне спланировать. Музыка, вкусная еда и напитки звучали всю ночь, пока наши друзья и родственники веселились вместе с нами, чтобы отпраздновать нашу любовь, которую мы обрели.

Любовь, в которую она, наконец, поверила.

— Как дела на работе? — спросил я, поднося кружку к губам и направляясь обратно в свой кабинет. Три года назад я уволился из прокуратуры и перешел работать к своей жене.

На два прекрасных месяца.

Но на самом деле работа в баре была не для меня. Фернанда не осуждала меня. Она лишь поощряла меня найти то, что мне нравится. Как ни странно, я вернулся к практике, но на своих собственных условиях. Я открыл свою собственную фирму через шесть месяцев после ухода из прокуратуры, и с тех пор дела у меня шли очень хорошо.

— Меня там нет, — поделилась она.

— Как это тебя там нет? — я нахмурился, оторвав взгляд от пола, и увидел, что жалюзи в моем кабинете закрыты. Минуту назад они были открыты.

— Нет, — ее голос стал хриплым, и я повернулся к двери своего кабинета. Медленно отодвигая мобильник от уха и опуская его в карман, я уставился на нее. Фернанда. Моя жена. Мое сердце. Моя женщина. — Вам действительно следует усилить охрану в этом месте, мистер Харрисон. Кто угодно может просто забраться к вам в офис и украсть ваши адвокатские принадлежности.

— Адвокатские? — повторил я с ухмылкой. Прислонившись к двери, я любовался ею. Или тем, что я мог видеть, поскольку она держала перед собой газету.Мой член затвердел при виде ее ног в черных чулках с кружевным верхом и в тех чертовых сапогах на шпильках, которые она носила и которые мне так нравились. Газета упала, и у меня пересохло во рту.

В горле пересохло.

Моя красавица жена сидела на моем столе, одетая только в очаровательные очки в темной оправе и боди с завышенной талией.

И больше ничего.

Фернанда была воплощением моей эротической мечты. Округлые бедра. Округлые холмики ее грудей покачивались.

— Миссис... Харрисон, — протянул я, наблюдая, как ее губы изогнулись в улыбке. Маленькая родинка в уголке ее губ заплясала. Мне не терпелось прикусить ее. Ей нравилось, когда я называл ее так. — Что вы здесь делаете так поздно?

— Я надеялась на ночное распоряжение, — я усмехнулся, и она ухмыльнулась. — Нет?

— Дрянная девчонка, — пробормотал я.

— Ты работаешь на общественных началах? Или просто рад меня видеть? — она приподняла брови и разразилась смехом.

— Черт, я люблю тебя, — пробормотал я.