Его рука, которая лежала у меня на пояснице, продвигается вверх по позвоночнику, сантиметр за сантиметром. Я запрокидываю голову, ожидая, когда его губы коснутся моих. Я провожу руками по его груди, давая ему понять, не произнося ни слова. Он, наконец, понимает, что к чему, низко наклоняет голову и дарит мне поцелуй, о котором я мечтала с тех пор, как он дал о себе знать. Я чувствую вкус кофе и пота на его губах после тренировки. Моё лоно ​​ничего не цепляет при мысли о том, чтобы наблюдать, как он проходит каждый интервал тренировки своего тела.

— Ножки, милая.

Сэмюэль отрывается от моих губ. Я делаю именно то, что он хочет, и прижимаюсь к нему всем телом. Его губы снова накрывают мои, и он продолжает то, что начал. Я знаю, что сегодня утром мы оба собираемся опоздать. Одно можно сказать наверняка: оно того стоит.

Глава 13

Кавано

Услышав сегодня утром разговор Иден с её подругой Амелией, я понял, что сегодня самый подходящий день, чтобы договориться с Тайлером. Что я и сделал. Я приехала сюда раньше Иден и позвонил ему. Он был более чем готов.

Сейчас день близится к концу, и поскольку она ушла из моего дома этим утром, а это означало, что она никак не могла проникнуть в мой кабинет до начала заседания суда, мне было достаточно сложно не поддаться искушению войти с ней в здание и целовать её до потери сознания, желая, чтобы её вкус ещё раз завладел мной на целых восемь часов или около того. Я неохотно воздержался. Это будут чертовски долгие семь месяцев или около того.

— На данный момент защита настаивает на своём, — говорит государственный защитник по делу о вооруженном ограблении круглосуточного магазина. Похоже, что на этой неделе мы начинаем с правильного шага, поскольку заканчиваем день. Теперь я должен решить, что будет с человеком, который решил, что попытка украсть несколько тысяч долларов – хорошая идея, и теперь ему грозит тюремный срок.

— У вас есть что добавить? — я смотрю на Оутера Ларсона, окружного прокурора. Должно быть, у него выдался трудный день, раз он сидит за этим делом.

— Нет, ваша честь. — Оутер возвращается на своё место. Я делаю глубокий вдох, прежде чем рассказать ответчику, что произойдёт.

— Мистер Миллс, в штате Невада вы совершили тяжкое преступление. Улики говорят сами за себя: записи камер видеонаблюдения, ваши отпечатки пальцев на месте преступления, а также ваше оружие, зарегистрированное на вас. Вы будете приговорены к пяти годам тюремного заключения. Это моё окончательное решение. Благодарю вас за уделенное время и службу.

Я ударяю молотком по деревянной доске, объявляя суд закрытым. Я выключаю компьютер и наблюдаю, пока мистера Миллса не возьмут под стражу. Это даже не моё дело, чтобы председательствовать в нём. Это дело Кларка, и он уговорил меня сменить его, поскольку у меня был свободный день, и я начинаю думать, что он изучает расписание каждого, чтобы найти какого-нибудь дурака, который подстрахует его – игра, в которую я больше не буду играть, если он остановит меня в коридоре и спросит.

Единственная полезная часть дня – это наблюдение за Иден. Я говорил больше, чем обычно, чтобы убедиться, что доказательства были представлены, и чтобы оба адвоката предстали перед судом. И каждый раз боковым зрением я замечал, как она делает глубокий вдох, как скрещивает и разгибает ноги, при каждом движении задирая юбку до колен.

— Офицер Перри, — привлекаю я внимание Тайлера. Он направляется ко мне. Есть способ доставить Иден в мои покои, не вызывая никаких подозрений, и мой судебный пристав – тот, кто может это сделать.

— Чем я могу вам помочь, судья Кавано? — отвечает он, как только оказывается перед скамьёй подсудимых.

— Я направляюсь в свой кабинет. Пожалуйста, проводите и мисс Пауэрс, чтобы я мог кое-что прояснить.

Я встаю. Тайлер кивает в ответ, обходит вокруг, чтобы открыть дверь и на всякий случай осмотреть мой кабинет.

— Я сейчас вернусь с мисс Пауэрс, — говорит он мне. Я уже снимаю мантию, вешаю её на крючок за дверью, затем направляюсь к своему столу, по пути развязывая галстук. Я сажусь в кресло, включаю компьютер и начинаю просматривать рабочую электронную почту, пока Иден и Тайлер не заходят в мой кабинет.

Вот тогда-то и начнется настоящее веселье.

Я уже договорился со зданием суда, что меня не потревожат, так как мне нужно разобраться с кое-какими административными дела. Мой телефон будет выключен, а дверь заперта.

— Судья Кавано.

Я узнал бы этот мягкий, как пёрышко, голос где угодно. Моё внимание сосредоточено на ней, я наблюдаю, как она приближается ко мне. Тайлера здесь ещё нет, он всё ещё проверяет, все ли покинули зал суда, прежде чем закрыть его. Я всё тщательно продумал. Теперь пришло время привести мой план в действие.

— Брось свою сумку, милая.

Я откидываюсь на спинку кресла, наблюдая, как сумка, которую она несла, выпадает из её рук, а жакет от костюма падает на спинки двух стульев, стоящих перед моим столом.

— И что теперь? — спрашивает она, такая нетерпеливая и всегда готовая ко всему, что будет дальше. Доверие, которое Иден питает ко мне и к нам – это величайший подарок из всех возможных.