– А что ему делать два часа, пока она, – кивает в мою сторону, – будет расслаблять хозяина и его друзей.

И это «расслаблять» прозвучало странно. И сколько их – друзей? Подмигиваю Маринке, которая, не обращая на меня внимания, уже вступила в перепалку с мужчиной, склоняющим её мужа к расслаблению алкоголем. Когда дело касается Валеры, сестра готова броситься в огонь и воду. И даже огромный охранник не повод не побороться за трезвость мужа.

– Запрыгивай, – командует второй охранник и опускает борт короба. Осторожно занимаю место в центре, а затем мужчины поднимают стенки. – Завяжу на один оборот. По сигналу резко встанешь и борты откинутся.

– А какой сигнал? – Мужчины переглядываются, видимо, сами не зная, кто и когда этот сигнал подаст. – Может, она со мной пойдёт? – Указываю на Марину, которая встала между охранником и Валерой, что-то активно объясняя первому и подкрепляя слова жестикуляцией.

– Нет. Слишком старая.

– Чего?..

Марине тридцать семь и старой я уж точно её не назову. Невысокого роста, с длинными каштановыми волосами, всегда уложенными в пучок, и выдающимися формами, которым я со своими пятьюдесятью пятью килограммами могу только позавидовать.

– Неликвид, говорю. Уже лет пятнадцать.

Мужчины извергают гогот, что-то друг другу показывая, а я опускаюсь на одно колено, чтобы найти точку опоры и не упасть, когда короб начнут двигать. И как только крышка закрывается, моё временное убежище приходит в движение. Толчки раскачивают меня, но я мгновенно забываю о них, когда голоса становятся громче и появляются новые звуки: негромкая музыка, активная мужские голоса и звон бокалов.

И видимо, они заждались, потому что встречают овациями короб, точно зная, кто находится внутри. Раздаётся даже короткий свист, свидетельствующий, что компания готова к развлечениям и моей программе. Но я так и не поняла, когда будет сигнал и кто его подаст.

Короб перестаёт двигаться, и пространство вне его погружается в тишину. Неразличимый шёпот, кашлянье и редкие шорохи, – всё, что я могу уловить.

– На правах хозяина дома, – доносится низкий хрипловатый голос, – хочу представить наш с вами подарок. Снегурочка!

Несколько секунд, чтобы понять – это сигнал. Резко поднимаюсь, как и говорил охранник, крышка откидывается, а стенки падают в стороны.

– С наступающим Новым годом! – Выкрикиваю как можно громче и замолкаю.

Передо мной и правда двенадцать человек. Но только мужчин, устроившихся за длинным столом, который ломится от всевозможных блюд и бутылок с напитками. Им всем за пятьдесят: чью-то голову уже тронула седина, а кто-то и вовсе не может похвастаться густой растительностью.

Не знаю, что делать, потому как представление было рассчитано на детей, а не на взрослую компанию, состоящую исключительно из лиц мужского пола. Они смотрят на меня – я на них. Заинтересованные взгляды с их стороны и недоумение с моей. А что дальше? И как развлекать такую компанию два часа?

– Ну как? – Спрашивает тот, кто подал сигнал. Вопрос адресован не мне, но реакция имеется – свист и улюлюканье. – Кто первый примет поздравления?

– Я. – Поднимается крупный лысый мужик лет шестидесяти. – На правах старшего.

– Давай, Семёныч.

Его подначивают остальные, а я не понимаю, о каком поздравлении идёт речь. Марина о подарках не говорила, то есть, никаких заготовок нет. Может, Валера на правах Дед Мороза должен был вручать какие-то презенты? Но контингент присутствующих точно не рассчитан на сладости и копеечные безделушки. Эти люди могут позволить себе многое, если не всё.

– Пошли, Снегурочка, – приближается, подхватывая меня под локоть.

– А мы куда?

Тащит к двери, но не к той, через которую я попала сюда, а к противоположной.

– Принимать поздравления.

– А, понятно…

Хотя ничего не понятно. Оказываемся в комнате, как мне кажется, полностью красной. В этом цвете выполнен даже потолок. Осматриваюсь, наблюдая лишь три широких дивана и несколько стульев.

– А что делать? – Кручусь на месте, не понимая, что требуется от меня, точнее, от Снегурочки.

– Как что? Поздравлять! – Смеётся и расстёгивает ремень.

Надвигается на меня, а я пячусь. И по мере того как разъезжается молния на ширинке его брюк, мои глаза всё больше округляются.

– Вы что делаете?

– Поиграла в Снегурку и хватит. Приступай к своим прямым обязанностям, – подаёт бёдрами вперёд, намекая на…

Твою мать! И только в этот момент всё становится ясно: мужчины приняли меня за проститутку. Я похожа на представительницу этой древней профессии? Точно нет. И как так вышло, что Марина приняла подобный заказ? Хотя чему удивляться? Странные клиенты липнут к ней как банный таз.

– Так, стоп, – выставляю ладони, обескураживая мужчину. – Я не та, за кого вы меня приняли. Я не оказываю услуги интимного характера. Я выступаю на детских праздниках в качестве Снегурочки. И «поздравлять", я вас не буду, ясно?

– Много говоришь.