» Фэнтези » » Читать онлайн
Страница 142 из 240 Настройки

Я обернулась: через двор шёл Зевандер. В дверях позади него стояла пожилая худощавая женщина с длинными седыми волосами и смотрела на нас.

— Противоядие есть, — сказал он.

Я заметила свежую рану у основания шеи.

— Нужно быстро занести его.

— Она тебя порезала?

Я потянулась оттянуть тунику и рассмотреть, но он взял мою руку и поцеловал костяшки.

— Да. Для противоядия понадобилась моя кровь.

Глава 41

Казимир

Разведённый Казимиром костёр пылал и трещал. Немного съеденной крольчатины не утолило голода. Бледно-белые деревья вокруг и буреющая увядшая растительность напоминали: увядание и голод неизбежны. Скоро ничего не останется. Мучительная жажда скручивала внутренности. Он лежал, скорчившись, и молил богов, чтобы она вырвалась из тела и оставила его гнить. Дрожал и стонал; кровь горела, кожа была холодной.

— Ты нездоров. Нужно найти целителя.

По другую сторону огня сидел Дравиен, подняв одно колено. Смотрел с жалостью, словно на раненую крысу в клетке.

Сквозь мучения Казимир усмехнулся. В горле поднялся болезненный звук.

— Целителя, говоришь. И где же найдём?

— Тебя укусили.

Это был не вопрос, хотя в голосе слышалась неуверенность.

Казимир не стал отрицать. Молчание затянулось. Он колебался, не решаясь признать правду. Это означало признаться в слишком многих зверствах. Ведь именно из-за него мор пересёк границу. Из-за него столь многие заразятся и будут голодать, включая Дравиена. Вместе с тем хотелось сбросить невыносимую вину. Произнести слова и позволить богам наказать его.

— Помнишь, ты говорил, что после укуса сиренийца сны сбываются?

— Что тебе снилось?

— Что я упал в пещеру из толстых корней.

Он видел её ясно, словно сон происходил сейчас.

— Страшное существо, какого никогда не встречал, порезало меня ногтем. От пореза потянулись вены, чёрные, как болотная грязь. И ощущение, что под кожей что-то ползает.

— И ты пережил этот сон в землях смертных.

— В гнилом дереве. Когда меня поглотила земля.

Дрожащими руками он поднял штанину, обнажив разраставшуюся заразу под кожей — единственное вокруг, что так яростно пульсировало жизнью. И, чёрт побери, от этого его тошнило.

— Этот мор — моя вина.

Он схватил клинок и проколол вздутый нарыв. Стиснул зубы. Вытекла чёрная жижа, зашипев на земле.

Дравиен наклонился вперёд, не отрывая глаз. Губы скривились от отвращения.

— Кровь богов. Ты так перешёл в Аэтирию? Через Умбравале?

— Когда Зевандер открыл проход. Я не почувствовал боли.

Нахмурившись, Казимир покачал головой.

— Но клянусь, и тварей внутри не чувствовал. Я ощущаю себя собой. Кроме…

— Кроме чего?

— Иногда накатывает чернота. И я слышу голоса.

Закрыв глаза, он прислушался к звуку в голове — неистовому гудению ос.

— В ушах непрерывно звенит.

— И хочется сырого мяса.

— Да. Постоянно и невыносимо. Меня тошнит.

Казимир поморщился, опуская штанину. Хотелось вырезать это из себя.

— Поэтому хочу, чтобы ты меня убил. Как решишь… только… наверняка.

Дравиен смотрел через костёр с непроницаемым лицом.

— За всё время ты не пытался на меня напасть.

Казимир горько рассмеялся, вспоминая, как не раз почти ощущал на языке кровь Дравиена.

— Ещё как собирался.

— Но останавливался.

— По воле богов, не своей.

— Не думаю, что это правда.

Казимир фыркнул и покачал головой.

— Тогда ты дурак, испытывающий судьбу. Чем дольше я дышу, тем ближе ты к ужасной смерти. Я угрожаю каждому на своём пути.

— И всё ещё сохраняешь рассудок, — возразил Дравиен.

— Пока. Рана гноится. Голоса громче.

— Тогда заставь их замолчать сам.

— Пытался. На лодке. Хотел сгореть с ними. Но боль, звон… упал в воду.

Он так сильно стиснул челюсть, что боль пронзила череп.

— А ты всё спасаешь меня, блядь. Каждый раз.

— Справедливости ради, я не знал, что ты прячешь пауков в штанах.

Веселье в голосе Дравиена раздражало Казимира. Не вязалось с яростью и голодом, от которых тряслись кости.

— Но даже зная, не уверен, что поступил бы иначе.

Казимир скривился.

— Тогда ты соучастник. Пособник уничтожения мира.

— Я твой друг.

Слова ударили по Казимиру, словно пощёчина.

— Мы не друзья, — отрезал он.

— Тогда почему ещё меня не убил?

Об этом Казимир думал каждый день с тех пор, как вытащил его из железной темницы.

— Ты жаждешь мяса, но не пытался меня съесть.

Живот дёрнулся от вопроса, словно тоже хотел знать ответ.

— Съем. Когда голод так терзает, выбора не останется.

— До тех пор буду твоим другом. Если придёт время и твой разум утонет в голоде и голосах, убью сам. Но не сегодня.

Казимир снова скривился. Может, стоило съесть элвинира, чтобы преподать урок: в этом мире нет места ни сочувствию, ни дружбе. И всё же маленькая часть его испытывала облегчение.

— Ты дерьмовый убийца.