Истон редко бывал дома у своих писателей, и уж точно, никогда не сидел с ними за одним кухонным столом с чашкой какао. Сатерлин доказывала свою непохожесть ни на одного из авторов, которых он когда-либо знал.

- “Это не любовный роман…”, - перечитал Зак слова из ее первой главы, - отличная строчка. Экспрессивная и провокационная. К тому же, ироничная.

- Ироничная? - Нора отпила из своей чашки.

Она сидела за столом напротив него, притянув одну ногу к груди.

- Это правда. Это не любовный роман.

- Конечно, не в общепринятом смысле. В заключении, твои герои остаются не вместе, но это история любви.

- История любви не то же самое, что любовная история. Под вторым подразумевается повествование о двух героях, которые влюбляются друг в друга, против их воли. Под первым же, понимается история двух людей, полюбивших и расставшихся вопреки их чувствам. Она идет к окончанию с момента их знакомства.

- Почему так произошло? По мне, ты оптимистка, а конец душераздирающий. Последнее, чего ей хотелось - это оставить своего возлюбленного, но, тем не менее, она это сделала.

Встав со стула, Нора направилась к кухонному шкафу, расположенному за холодильником.

- Я не оптимистка, - сказала она, открывая дверцу, - Я всего лишь реалистка, которая слишком часто улыбается. Причина расставания Уильяма и Каролины в том, что он полностью состоит в Теме, тогда как она - нет. Она просто состояла в отношениях с ним. Проблема крылась в сексуальной стороне, а не любви. Это все равно, если гей женится на женщине с традиционными предпочтениями. Неважно, как бы он ни любил ее, каждый момент, проведенный с нею - жертва. Секс - вторичен после жертвы.

- Вторичен, но не менее важен, хочу заметить.

Сатерлин рассмеялась. Закрыв дверцу, она встала коленями на пол, открыла нижний шкаф, и залилась победоносным смехом.

- Нашла, - и вытащила пакетик с зефиром.

- Мне приходится прятать сладкое от Уеса.

- Он такой сладкоежка?

- У него первая степень диабета. Плюс, неисправимый сладкоежка. Плохое сочетание. Он, правда, следит за своим питанием, но когда я пью какао с зефиром, то ловлю его вожделеющие взгляды.

Истон задумался, засматривался ли Уесли на сладкое, или все-таки на Нору. Лично он не мог оторвать взгляда от этой женщины. На понедельничном мероприятии, она пленяла своим коронным красным нарядом, а сегодня, в домашней одежде, выглядела по-домашнему потрясающей.

Зак смотрел, как с безупречной грацией гейши, перекатившись на носочки, она с легкостью встала с пола. Его восхитила ее ненавязчивая демонстрация гибкости балерины, когда наклонившись над столом, она бросила немного зефира в его чашку, затем в свою.

- Зак, не пойми меня неправильно, но когда ты выглядишь счастливым, ты становишься еще более возмутительно красивым, - сказала Сатерлин, откинувшись на своем стуле, и отправив себе зефир в рот.

- Неужели тебе вообще не нравится работать со мной? Что, “Лондонский Туман” так и не поднимается?

Истон сделал глоток какао, чтобы скрыть свое смущение. Он привык к тому, что женщины проявляли к нему знаки внимания, но раньше ему никогда не доводилось встречать столь бесстыдно идущей напролом особы.

- Ввиду того, что это первый раз нашей совместной работы над твоей книгой, - произнес Зак, неловко откашлявшись, - думаю, заключение по моему метеорологическому состоянию, является преждевременным.

- Тогда, каким будет твое заключение по книге?

- Заключение таково… тебе, действительно, по силам завершить роман. Но не без ряда тщательных проработок. Основную идею укажи в начале, и в конце. Но в книге мне бы хотелось повествования от третьего, а не от первого лица.

Нора посмотрела на свои записи. Взяв ручку, она кое-что начеркала на листе бумаги. С секунду изучив написанное, Сатерлин пустила его через стол.

“Впервые Уильям увидел Каролину в день покаяния, в церкви”.

- Ну как, Зак?

Прочитав, Истон кивнул в знак одобрения.

- Отлично. Это именно то, что нужно. Теперь, в подобном ключе, перепиши всю книгу.

- Да, Сэр, - сказала Сатерлин, отсалютовав.

- Что еще? С тех пор, как ты стал добр ко мне, у меня такое ощущение, что ты собираешься огорошить меня дополнительными изменениями, так?

Зак сгримасничал, обеспокоенный тем, насколько хорошо читал его этот малознакомый человек.

- Всего парой незначительных: ты не думала о том, что твоими персонажами могут быть обыкновенные люди?

- Мне нравятся девственницы, извращенцы и шлюхи, - без тени сожаления произнесла Нора, - и гораздо меньше интересуют те, кто трахается по выходным, забавы ради.

- Сексу не следует быть основной мыслью, Нора.

- А секс и не основная мысль, Закари. Главная идея - это жертва. Каролина - ванильная девочка, не склонная к извращениям. Но она жертвует своим Я, чтобы быть с любимым человеком, жертвует хорошим ради лучшего.

- Но они расстаются, правильно?