Глаз настоящего Ситикса вспыхнул, и страх в нем стал преобладающим. Он оттолкнулся от берега, словно собираясь уплыть. Тень метнулся вперед и опустился на одно колено, погрузив руку в воду. Его пальцы сомкнулись на хвосте Ситикса, и он сжал их, чтобы глубоко вонзить когти.
Какая-то часть Тени хотела поиграть с Ситиксом — но это была не его игривая часть, не та часть, что упивалась играми с другими обитателями Страны Чудес. Это было нечто более глубокое, нечто первобытное; не трикстер, а зверь, обитающий во тьме, погребенной в его сердце.
Он хотел заставить Ситикса страдать. Он хотел продлить смерть этого существа, потому что никому не дозволялось прикасаться к Алисе, кроме Тени, потому что никому не дозволялось причинять ей вред, никому не дозволялось ей угрожать.
Ситикс забился, взбалтывая воду. Рука Тени дернулась, но он держал крепко и — с глубоким, рокочущим рычанием — потащил Ситикса к суше. Несмотря на все свое сопротивление, Ситикс не мог вырваться.
Тень встал, уперся ногами в камень и шагнул назад, резко дернув врага за хвост. Первыми из воды показались ноги Ситикса. Его правая икра обильно кровоточила, пока он отчаянно скреб землю в поисках опоры. Тень сделал еще один шаг от ручья, откинувшись назад всем своим весом. Торс Ситикса выскользнул на сушу. Он вцепился в каменные плиты, сломав в отчаянии несколько когтей, но так и не сумев закрепиться.
Еще одним мощным рывком Тень оттащил противника еще дальше, оставив воду в нескольких футах вне пределов досягаемости Ситикса. Он прорычал:
— Бежать некуда.
Ситикс перевернулся на спину и лягнул Тень левой ногой. Его неповрежденный глаз выпучился, а вертикальный зрачок расширился до предела.
Тень отпустил хвост Ситикса и отбил в сторону его молотящие ноги. Он навалился на Ситикса сверху, с силой всадив колено — вложив в удар большую часть своего веса — в живот борука, и вытащил один из ножей с пояса перепуганного пришельца.
Сломанное существо — бывший Ситикс-с-ножами — зашипело откуда-то из-за спины Тени, который даже не потрудился обернуться. Ситиксу было уже слишком поздно спасаться. Тени было уже слишком поздно отвергать те багровые миазмы, что поглотили его.
Ситикс вскинул руки, размахивая ими, хватаясь и царапаясь в безумной борьбе.
Это реально, подумал Тень. Его ужас реален.
Покрепче перехватив рукоять ножа, Тень с размаху опустил его вниз. Он почувствовал, как тот впивается в плоть; этого было достаточно, чтобы подстегнуть его. Он поднимал руку и опускал ее снова и снова, и когда теплая, липкая кровь брызнула на шерсть его рук и лица, он начал бить еще быстрее, еще яростнее. Тень выревел свою ярость, свою жажду крови, свое чувство беспомощности; он выревел всю свою заботу об Алисе. И он продолжал двигать лезвием вверх и вниз, пока этот рев рвался из его горла, глубоко вонзая металл в плоть лишь для того, чтобы снова его вырвать. Хлюпающие звуки от ударов ножа приносили абсолютное удовлетворение.
— Тень?
Голос был знаком, но он звучал так тихо, так далеко…
А Тень должен был продолжать атаковать. Он должен был заставить Ситикса заплатить, должен был убедиться, что тот исчез навсегда.
— Тень!
Его рука опустилась снова; толчок прошел через лезвие и вверх по предплечью, когда металл застрял в кости. Тень замер. Ему показалось вечностью; он оставался на месте, его плечи тяжело вздымались от прерывистого дыхания, а глаза были устремлены на врага, не видя его на самом деле. Багровая пелена не рассеивалась; ему потребовалось некоторое время, чтобы понять почему.
Он смотрел вниз на кровавое, истерзанное, багровое месиво — на мясо, настолько разорванное и искромсанное, что оно выглядело бы менее поврежденным, если бы его пропустили через мясорубку. Кисти и руки Тени купались в поблескивающем багрянце, и он чувствовал капли крови, прилипшие к шерсти на его лице.
Он даже чувствовал вкус крови — часть ее, должно быть, попала ему в рот сквозь его до боли широкую ухмылку. Этот вкус… он не был неприятным.
Тень резко отпустил нож. Его ладонь была скользкой от крови.
Что это? Что… кто я такой?
Он оттолкнулся назад и приземлился на задницу, в траву, рядом с каменными плитами, упершись руками по бокам от бедер. Ручейки крови текли от Ситикса, струясь по плоским камням, чтобы слиться в ручей и уплыть прочь.
Нежная рука опустилась на плечо Тени, и он повернул голову, увидев Алису, стоящую на коленях рядом с ним. Разбавленная водой кровь сочилась из неглубоких порезов на ее щеке и руке.
Она моя. Моя! Моя Алиса, моя милая.
Алиса подняла вторую руку и приложила ладонь к его лицу. Ее глаза не отрывались от его.
— Все кончено, — мягко произнесла она. — Все закончилось. Теперь его нет.