В этот момент кто-то стучит в дверь кабинета, и с другой стороны раздается голос Антона.
— Роман, прости, но это срочно.
— Иди, — говорю я и целую его в щеку.
Глава 39
Роман
— Что случилось? — спрашиваю я Антона, когда мы выходим из кабинета.
За последнюю неделю нам пришлось разгребать столько проблем — с Девином, правоохранительными органами, Максимом, — что мне кажется, будто я даже глаз не успеваю сомкнуть, прежде чем появляется очередная проблема, которую нужно решать.
— Снаружи тебя ищет некий Александр Растовский, — говорит он, и это имя заставляет меня резко остановиться.
Это тот самый парень, о котором Максим говорил, что он занимается делами Ивана здесь. Какого черта он делает у моего дома?
В голове эхом отдаются слова Юлии.
— Если он посмеет сделать хоть что-нибудь, что подвергнет опасности Луну, Викторию или Анушку, я собственными руками вырву ему сердце.
Я устал сохранять спокойствие. Возможно, немного безумия необходимо, чтобы все наконец поняли: моя семья неприкосновенна.
— Пошли, — говорю я Антону, который все это время держит руку на пистолете.
Когда мы выходим из дома, я вижу у ворот пять внедорожников и направляюсь к машине в центре. Стекло опускается, и наружу высовывается мужчина лет сорока — блондин с карими глазами — и улыбается мне.
Улыбка у него совсем не дружелюбная. Так улыбнулась бы лиса, прежде чем стащить рыбу из твоей корзины.
— Мистер Борисов. Наконец-то мы встретились, — говорит он, но руки не протягивает.
— Говори, что хотел сказать, и убирайся с моей территории, — отвечаю я раздраженным тоном.
Теперь я понимаю, почему Максим его не любит. От него исходит какая-то фальшь. Чувствуется, что стоит отвернуться — и он воткнет тебе нож в спину.
Я бы пристрелил его прямо здесь, но уверен, что из остальных машин тут же выскочили бы люди, готовые нашпиговать нас пулями.
— Сразу к делу. Мне нравится. Передай своему жалкому подобию брата, что у него ровно неделя, чтобы вернуть то, что он у меня украл, иначе ему не понравится, в каком виде он найдет свою маленькую шлюху, — говорит он насмешливым тоном, но угрозу я не упускаю.
Я даже не знаю, что раздражает меня больше: то, что он оскорбил Максима, или то, что пригрозил Юлии.
Но ровно через три секунды мой кулак врезается ему в нос.
Я чувствую, как хрустит кость, и, схватив его за воротник, говорю все, что ему отныне необходимо знать.
— В следующий раз, когда оскорбишь моего брата, уедешь отсюда с пулей в голове, дружок. А если приблизишься к Юлии, я позабочусь о том, чтобы мой брат получил в свое распоряжение все мои ресурсы и использовал их, чтобы выследить тебя. Понял?
Я намеренно добавляю русское слово, надеясь, что информация наконец проникнет в эту его здоровенную голову.
Поворачиваюсь к Антону и достаточно громко, чтобы наш гость услышал, произношу:
— Если ровно через десять секунд его здесь не будет, стреляй.
Мой лейтенант просто кивает.
— Ты еще пожалеешь об этой дерзости, Борисов! — кричит он, прежде чем машина трогается с места, а за ней уезжает и остальная колонна.
Моя рука уже тянется к телефону, и Максим отвечает через несколько секунд.
— Ко мне заглянул один твой приятель. Александр, если я не ошибаюсь, — говорю я и чувствую, что задел болезненную тему.
— Чего он хотел? — требует Максим.
— Передать тебе сообщение. Судя по всему, ты что-то у него украл, и он хочет это вернуть, — отвечаю я, не упоминая Юлию, потому что знаю, насколько импульсивным становится мой брат, когда речь идет о его женщине.
— Кусок дерьма, — выплевывает он в трубку.
— Возможно, я сломал ему нос, — говорю я, заходя в дом.
Анушка снова готовит пончики. Запах ванили и сахарной пудры наполняет весь дом, и я понимаю, что это ее очередной способ извиниться.
— Какого черта ты это сделал? Хотя я не жалуюсь, — спрашивает он.
— Он плохо отозвался о моем брате, — отвечаю я и знаю, что он понимает: речь именно о нем.
Мы с ним не настолько близки, как я с Нико, но с Нико у меня за плечами тридцать лет общей жизни.
Максим — один из нас, и хотя он держится более отстраненно, я понимаю, что ему нравится иметь семью.
Не самую обычную, но все же семью.
— С Александром я разберусь. Когда я забрал под контроль все в России, ему ничего не досталось. У него здесь есть несколько легальных предприятий, через которые он отмывает деньги, поэтому просто избавиться от него я не мог, но думаю, пора изменить подход, — говорит он.
— У тебя есть охрана? — спрашиваю я, потому что это вполне обоснованное беспокойство.
Кто знает, какие ресурсы припасла эта крыса?
— Есть. Спасибо, Ро, — говорит он, и это первый раз, когда он называет меня Ро, поэтому я невольно улыбаюсь.
— На то и нужны старшие братья, — отвечаю я, не удержавшись от возможности еще раз напомнить ему об этом.