Е ще я увидела , что наверху уже готов гипсокартон, и со следующего дня Д ик начнет возводить мне комнаты. А учитывая темп его работы, все будет готово, закреплено и зашпаклевано к следующей неделе.
Поэтому хорошо , что на выходных я определилась , в какой цвет будет покрашена каждая комната.
Бортовой пикап — не самое лучшее транспортное средство для безумного шопинга, когда ты едешь за покупками в город, находящийся в паре часов езды. М ного в него не положишь. Н о я накупила себе столько вещей, что по дороге домой кабина была забита ими, как и моя сумка с вещами.
Среди этих вещей были кухонные полотенца, и Дику придется с ними смириться.
А вообще не придется, поскольку он никогда не будет ими пользоваться.
Я вздохнула и двинулась к входной двери, чтобы выйти и принести свои покупки.
Я занесла все в дом и убедилась, что входная дверь заперта.
Затем направилась к другим дверям, чтобы убедиться в том же самом.
Направившись в спальню, я оставила включенным только один светильник.
Во вторник должен приехать Джо Каллахан, чтобы начать работу над системой безопасности. В субботу появится Б абба. А в воскресенье меня навестит Лейси.
А поскольку Кэл сказал, что на установку уйдет несколько дней, я надеялась, что проведу лишь один день наедине с Диком.
Но этот день наступит завтра.
Я должна найти способ пережить его. Показать Дику, что могу вернуться с сэндвичами и поболтать.
Именно так я собиралась поступить, но ему придется смириться с тем, что я закроюсь.
Он понял, почему я была настороже раньше.
На этот раз я точно знала, что он меня поймет.
*
Я услышала звон разбитого стекла и открыла глаза.
Продолжая лежать в темноте на своей кровати, я прислушалась.
Тишина.
Но кожу по всему телу покалывало, как бывает, когда тебе снится страшный сон —ты просыпаешься и первые секунды уверена , что это реальность.
Я не помнила , что мне снилось, но звук мог послышаться во сне.
А вообще, пусть у меня и пока не установлена система безопасности, но на деле она была иного рода, поскольку дороги здесь походили на лабиринт. Они были ухоженными, но чем ближе к моему дому, тем дальше в горы. И без единого фонаря. Не говоря о том, что мой дом находился в стороне от проторенной дороги, в длинном переулке, так что его даже не было видно с Пандероз-роуд. В темноте можно было и не разглядеть переулок. Мой почтовый ящик стоял возле дома, почтальон проходил через весь переулок, так что не было даже почтового ящика или номера, который бы свидетельствовал о том, что в моем узком переулке что -то есть.
Не то чтобы кто -то знал, что я владею этой собственностью. Мистер Т и сделал так, что им владеет мое ООО. А чтобы обнаружить владельца этого ООО придется глубоко копнуть.
Так что никого тут быть не могло.
Дик приедет только через несколько часов, а Кэл — на следующий день.
Я расслабилась, перевернулась и уже начала доставать телефон, чтобы проверить, который час, когда услышала, как открывается дверь моей спальни.
Теперь я двигалась автоматически, адреналин бурлил во мне, и телефон я не взяла.
Я перекатилась в другую сторону, спрыгнула с кровати и рванула к французским дверям.
Меня схватили за волосы и с силой швырнули назад, ударив об пол спиной. Я даже не успела подставить локоть, чтобы смягчить падение, и удар выбил из меня дух.
Опрокинув меня на спину, он сможет забраться на меня сверху.
Я вгляделась в темное лицо, лыжная маска скрывала его черты, и втянула воздух, крутанула бедрами и начала пытаться вырваться, когда меня ударили.
Сначала боль взорвалась в левой скуле. Еще одно прямое попадание почти в то же место. Третий удар последовал тут же , а я даже не успела повернуть голову, чтобы встряхнуться после второго , или поднять руки, чтобы отразить удары.
В первый и второй разы в моих глазах взорвались звезды, но страшная чернота начала проступать в третий, когда он схватил мои волосы на макушке , и с силой опустил мою голову на твердый пол (черт, мне нужен ковер), а затем я почувствовала холод на шее.
Я задохнулась.
Его лыжная маска оказалась прямо у меня перед лицом.
— Больше не веди себя как дура , — прорычал он.
Парень. Насколько я могла разглядеть, белый. Цвет глаз определить было невозможно.
Все это я замечала , потому что обладала способностью видеть. А не потому что была умна и думала наперед.
Я едва дышала.
И все мое внимание было сосредоточено на холоде у моего горла, холоде, который, как я знала , исходил от лезвия.
Он наклонился ближе.
Я хотела сглотнуть. Мне нужно было сглотнуть.
Но я до смерти боялась глотать и боялась, что может произойти из-за той штуки, которая была прижата слишком близко к моему горлу.
— Веди себя хорошо , — прошептал он.
Холода больше не было, но он вцепился в мои волосы и потащил меня по полу.