Люди, пришедшие в пятницу вечером, чтобы хорошо провести время, немного выпить и почувствовать царившую вокруг атмосферу. Л юбовь к нотам через усилитель, к текстам через микрофон, так близко к своей аудитории, что можно было видеть, какое влияние оказывается на нее. Как покачиваются головы зрителей. Ш евелятся их губы. Раскачиваются тела. Громко или тихо, но момент единения длится столько, сколько длится сет. А затем и следующий. В перерывах и после окончания концерта ждет выпивка в баре среди зрителей. И ты не уходишь в гримерку.
Ты всегда в гуще событий, создавая их, выстраивая эту связь. Музыка, одна из тех немногих вещей, которые делают жизнь только лучше, и ты являешься ею , до каждой ноты, в баре посреди ночи.
Песня закончилась, и я перестала покачивать головой, глядя на вокалиста, поскольку группа не сразу начала новую песню.
Он начал говорить.
— Невозможно было представить , что мы попадем в этот бар и окажемся в присутствии великих.
К ожу головы начало покалывать.
О -о -о.
Головы Лорен и Джима -Билли повернулись в мою сторону.
Похоже, проскользнуть незамеченной не получилось.
Черт.
— Н о так вышло , и, черт возьми, — продолжил солист , — было бы более чем круто, если бы мы смогли уговорить прекрасную, талантливую, офигенную Джастис Лоунсом выйти на сцену и присоединиться к нам в паре песен.
Нет.
Только не под всеобщим вниманием.
— Дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо , — бормотала я, стараясь не шевелить губами и глядя на сцену, где вокалист теперь одаривал меня широкой, рок -н -ролльной улыбкой.
Этому нельзя было сказать «нет».
Никто не смог бы отказать , не выглядя при этом придурком.
Черт, я не раз бывала с отцом в темном углу, думая, что мы инкогнито, и желая просто посмотреть на местную группу, а его окликали.
Он никогда не отказывался выйти на сцену.
Ни разу.
— Дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо , — снова повторяла я.
— Что скажешь, Джастис? — спросил вокалист, его улыбка померкла, и я почувствовала , что люди оглядываются по сторонам, чтобы узнать, о ком он говорит, подстегнутые любопытством не только его слов, но и упоминания имени Лоунсом.
Или те, кто знал меня и просто хотел найти.
— Не волнуйся, сестренка, мой дробовик в багажнике. — Я услышала слова Крис и повернула голову, замечая , как она выходит из подсобки бара.
Я посмотрела на нее, потрясенная тем, что Джим -Билли не солгал.
Она направлялась к своему дробовику.
— Нет! — громко прошептала я.
Дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо.
Крис хмуро посмотрела на меня.
— Все хорошо , — проговорила вслух я. — Пришло время. Все должно выйти наружу. Атмосфера отличная. Этот момент вполне подойдет. Я сделаю это.
Она продолжала смотреть на меня взглядом, который был одновременно и осмотром.
— Уверена?
Уверена я не была.
— Уверена , — ответила я.
Крис перевела взгляд с меня на Лорен.
— Она не уверена.
— Неважно, заткнись, я ухожу , — сказала я.
— Не говори мне заткнуться , — огрызнулась она.
Я не могла так поступить с Кристал.
Поэтому и не стала.
Я посмотрела на Лорен, увидела , что Джим -Билли наблюдает за мной, почувствовала , как он коснулся моей руки и сжал ее, когда я проходил мимо, и услышала тихие хлопки, которые становились все громче и громче. Когда я сделала первый шаг на сцену, послышались крики.
Я улыбнулась своей сценической улыбкой, обменялась рукопожатиями с группой, узнала их имена, почувствовала , как они тесно прижались друг к другу, и один из них протянул мне гитару.
Затем он подал мне медиатор.
— Запасная , — сказал он. — Подключил тебя. Все готово.
Потрясающе.
— Звенья цепи , — объявил вокалист. — Было бы круто повеселиться и потанцевать, но чертовски здорово будет, Джастис, исполнить песню «Звенья цепи» с тобой.
Он был в восторге. Я видела это. Он был вне себя от радости, что стоит на сцене с Лоунсом.
Но я ни за что на свете не стану исполнять «Звенья цепи ». Я не хотела подвести этого парня, ни одного из них, но этого просто не могло произойти.
— Эта атмосфера, бар, ребята, у меня есть идея получше , — сказала я им.
Они засуетились, и, должно быть, неплохо знали меня, потому что поспешили отказаться от песни «Звенья цепи» ради того , что я всегда делала на своих концертах.
Д ань уважения моей маме.
Я перетянула ремень гитары через голову и повесила его на плечо.
Подошла к микрофонной стойке, отрегулировала ее под свой рост.
Ребята заняли свои места.
Я окинула взглядом толпу и подвинулась к микрофону.
— Привет. Я Джастис.
Все вскочили на ноги, аплодируя и крича, даже если они не знали меня, то им рассказали те, кто был в курсе.
Или они просто прочувствовали общую атмосферу.
На сцене, от Джерри, Джонни и Джастис, это просто исходило от нас.
Никакого сдерживания.
Дерьмо, черт , дерьмо, черт , дерьмо.
— Немного поделюсь с вами тем , что подарил мне мой отец Джонни, и сделаю это через песни, которые любит моя мама , — сказала я им.
Еще больше аплодисментов.
Я опустила взгляд на гитару, провела медиатором по струнам.
И пока я стояла на сцене перед толпой, из усилителя полились ноты.