— Но, для протокола, если бы у меня была возможность посмотреть на парня Анки и узнать , что он член наркокартеля, моя реакция была бы настолько негативной, что я бы приняла радикальные меры, такие как похищение и «промывание мозгов», на случай, если она не захочет слушать. И я говорю это, даже любя Тони.
— Рад слышать , что ты не согласна с наличием в семье преступника , — заметил Дик.
Было приятно знать, что Д ик понимает концепцию друзей как семьи.
Я поделилась этой мыслью с широкой улыбкой.
Д ик наслаждался моей улыбкой еще миллисекунду, а после поцеловал ее.
А затем ушел работать.
Я вернулась к телефону и оставила сообщение Лейси, радуясь , что она в турне. Она не могла бросить все и приехать, чтобы посмотреть на Д ика.
Я не хотела, чтобы гости приезжали, не потому, что думала, что они увидят то, чего не вижу я.
Просто я хотела побыть наедине с Д иком.
Но подозревала, что желаемого не получу.
Поэтому собиралась максимально использовать то время, которое у нас было.
На сто процентов.
*
— Могу я спросить…? — начала я, но не закончила, потому что начинать надо было с другого.
Было уже поздно, и все происходило после ужина из остатков курицы от Стеф (такой же вкусной, а может, даже вкуснее). После того, как мы отвлеклись перед телевизором. После отличного секса. Д ик и я лежали в его постели в темноте, я расположилась на его груди, а Д ик играл моими волосами.
Было приятно.
И хорошо.
А я должна была оставить все как есть.
— Можешь спросить… — подсказал Д ик, когда продолжения от меня не последовало.
Я повернула голову, прижалась щекой к его груди и пробормотала:
— Ничего.
— Детка, ты можешь спросить , — тихо сказал он. — Что угодно.
Да. Я чертовски сильно влюбилась в Д ика.
— У нас все хорошо , — заметила я.
— То, что ты собираешься спросить, выведет нас из этого состояния?
Я подняла голову, но только для того, чтобы положить подбородок на руку, лежащую на его груди. Сделав это, увидела, что Дик опирается головой и плечами о стену за кроватью, и почувствовала его взгляд на себе.
— Да , — ответила я. — Возможно , — продолжила. — Или, скорее всего.
— Спрашивай, Джасси.
— Давай просто проведем хороший вечер. Я спрошу позже.
— Если хочешь что -то узнать обо мне, спрашивай , — настаивал Дик.
— Но мы в хорошем настроении , — указала я.
— Тогда поговорим обо всем, что ты хочешь знать, и вернемся к спокойной обстановке.
Я в темноте посмотрела Дику в лицо. Я видела его нечетко, но чувствовала, что мужчина не расстроен, не напряжен и не раздражен.
Он хотел, чтобы я спросила. Х отел, чтобы я узнала его.
Дику нравилась моя открытость.
Он предлагал то же самое.
И мне было приятно.
Поэтому я спросила.
— Ты сказал, что из-за тебя уволили твою маму. Тебе было пятнадцать. Как это произошло?
Прошло несколько секунд, прежде чем он перевернул нас — я оказалась на спине, а его грудь прижалась к моей, и теперь лицо Дика было гораздо ближе.
Но на этом мое ожидание прекратилось.
О н начала рассказывать.
— Мама работала горничной с проживанием. У нас было не много, даже до потери отца. Но кое-что все-таки было, и родители согласились в том, чтобы мама не работала, а сидела дома со мной. Когда он скончался, они пытались забеременеть вторым ребенком.
— О Боже, Д ик , — прошептала я, не способная понять , как это — потерять мужа, тем более в столь молодом возрасте, с маленьким ребенком на руках. При этом смотря в будущее и пытаясь построить семью.
— Она не хотела работать , — тихо сказал Дик. — Хотела оставаться дома с детьми, пока мы не пойдем в школу. Они поженились молодыми. У нее не было особых навыков. Когда отец скончался, она знала одно — ей нужно что -то делать, чтобы обеспечить нам крышу над головой, и та работа стала единственной, способной обеспечить эту самую крышу.
— Ясно , — ответила я, когда он замолчал.
— Она устроилась на эту работу и проработала там много лет. Работа была не очень хорошая. Работодатели тоже не были приятными людьми. Мы не были как в тех телешоу, где прислуга часть семьи. У нас было свое место, у них свое, и мы не соприкасались.
Я кивнула, и знала, что он это заметил, поскольку Дик продолжил.
— Мы не общались, но это не означало, что дочери человека, который нанял мою маму, не видели меня. Они видели.
Дочери видели Д ика, возможно, понимая, каким он станет?
Это не вызвало у меня хороших чувств.
— О, черт , — пробормотала я.
— Да , — сказал он, видя , что я все поняла.
— Большой, крепкий, взрослеющий Дик, верно? — спросила я.
В его голосе прозвучала улыбка, когда он запустил пальцы глубже в мои волосы и пробормотал:
— Что -то в этом роде.
— Они были красивые?
— Они были суками.
Я почувствовала, как мое тело напряглось под ним от его резкого, грубого, оскорбительного слова.
— Они обращались со мной как с дерьмом , — продолжил он. — С мамой обращались еще хуже. Пока одна из них не влюбилась в меня. Тогда все изменилось.
Да.