» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 207 из 208 Настройки

— Да. И поздравляю. Ты добилась, чего хотела.

Он сказал это таким тоном, что на поздравление это было мало похоже. Скорее на пассивную агрессию. Но, списав это на в целом странный характер Беса, я благодарно улыбнулась.

***

На сегодняшнее Посвящение, казалось, собралась вся академия. Небольшую песчаную площадку рядом с лесом освещал высокий костер — пламя тянулось вверх, разрывая темноту в клочки. Пахло дымом со смолистыми нотками.

Бойцы стояли плотно, плечом к плечу, образуя кольцо вокруг огня, и тихо переговаривались. Их голосам вторило глухое потрескивание горящего дерева.

Я подошла к просвету кольца вместе со Скарлетт.

— Тебе туда, — кивнув в центр площадки, шепнула она и растворилась в толпе.

К сожалению, из-за сотрясения я не смогла присутствовать на ее Посвящении, поэтому сейчас все было для меня в новинку.

Рядом с костром стояли двенадцать командиров, напротив них — шеренга бойцов, вступающих сегодня в их отряды. Энтони уже был там и держал в руках белую повязку с почетной цифрой «1». Я сжала покрепче свою алую секторную ленту с такой же цифрой, расправила плечи и уверенным шагом пошла в центр.

Чем ближе я подходила, тем сильнее от дыма щипало глаза, а от жара форма липла к коже. Я не выказала дискомфорта, спокойно встала рядом с Энтони и сосредоточила взгляд на красном треугольном шевроне под горлом на кителе Райса.

По дороге Скарлетт объяснила, что сегодня мне предстоит дать Клятву Верности перед душами умерших бойцов Армори. Это был еще один сохранившийся реликт культа «Света Пыли».

Хорошо, что я давно перестала во что-то верить: в Бога, в справедливость и тем более в души мертвых, потому что моя клятва будет сегодня пропитана ложью.

Все резко затихли. В воздухе слышался лишь треск летящих в черное небо искр огня. Бойцы синхронно поднесли кулаки к сердцу и стали едва слышно бить ими по груди. Постепенно ритм становился все интенсивнее, создавая завораживающую атмосферу, в которой невольно начинаешь ощущать себя частью чего-то важного.

Я встретилась взглядом с Райсом — на одной половине его лица дрожали тени, а на другой золотые блики пламени лизали высокую скулу. Сейчас льдисто-голубой глаз казался светлее.

Он кивнул мне, и я подошла, встав экстремально близко к этому исчадию ада в человеческом обличье.

Райс вытащил из ножен полностью черный клинок с изящным тонким лезвием. Я достала нож Скарлетт и раскрыла его.

Стоя рядом с ним и не направляя нож ему в сердце, я чувствовала себя так же беззащитно, как если бы подставляла горло зверю.

Мы протянули друг другу правые ладони и одновременно стали делать на них надрезы — я постаралась вогнать лезвие как можно глубже и была удивлена, что Райс не дрогнул и не попытался отдернуть руку даже на миллиметр. Мне же пришлось закусить губу, пока на моих глазах кожа Райса расходилась, как море перед Моисеем. Кровь хлынула неудержимым потоком. Я взглянула на свою ладонь, лишь слегка поцарапанную Райсом.

Да уж, я серьезно перестаралась.

После этого мы сцепили руки на предплечьях друг друга.

Райс забрал мою секторную ленту с вышитой серебряной нитью цифрой «1» и положил поверх наших рук. Свободные руки мы сжали в кулаки и прижали к сердцу.

Стук бойцов резко стих. Остался лишь треск огня.

В голубом глазу сверкнуло отражение пламени. Райс начал уверенным голосом:

— Клянусь дыханием живых и молчанием мертвых — быть щитом и клинком для своих.

Я легко повторяла слова за Райсом, но внутри меня рождалась истинная клятва:

— Клянусь стать клинком, что войдет тебе в спину.

— Клянусь хранить тайны отряда.

— Клянусь сжечь ложь вместе с теми, кто ее сеет.

— Клянусь не предавать.

— Клянусь предать тех, кто предал беззащитных.

— Клянусь не просить пощады и не давать ее.

— Клянусь не просить пощады и не щадить виновных.

— Клянусь подчинить страх — пламени, сомнение — долгу, жизнь — отряду.

— Мой долг — только перед собой и страждущими.

— Клянусь идти за командиром до самого конца — и за его пределы.

— Клянусь как можно скорее приблизить этот конец.

Брови Райса едва заметно сошлись к переносице, но тут же выровнялись, придавая лицу обычное равнодушно-снисходительное выражение. На секунду я испугалась, что произнесла фразу вслух, но он спокойно продолжил:

— Если паду — да примет меня огонь. Если предам — да постигнет меня кара.

— Обещаю, что совсем скоро кара и огонь постигнут тебя, Маркус Райс.

— Да будет пламя свидетелем.

— Да будет пламя свидетелем.

Райс взял повязку, и мы расцепили руки, оставляя темные следы крови на предплечьях друг друга. Он выверенным движением затянул концы алого лоскута на моем плече и прижал кулак сначала к своему сердцу, затем ко лбу, глядя мне точно в глаза.

Я повторила Аниму.

Пламя качнулось от ветра, вытягивая наши тени по песку.