- Я распоряжусь чтобы ваши вещи доставили вслед за вами. – добавляю я, выпрямляясь. Пока положить конец этому фарсу с поясом. Господин Такэда тут вообще не причем, чертова Кагуя решила надо мной и химэ подшутить, а его краем задело… если он тут останется, когда к нам вломятся сотня разъяренных Минамото или Абэ во главе с Рэндзи или Лордом То, - у него могут быть большие неприятности. Зарубят, например. Или задним числом в заговоре обвинят, что для рода даже хуже, потому что земли отобрать могут и по миру пустить. Ему-то что, он уже зарубленный, а его детям и женам каково будет? Тут все для рода делается, а не наоборот. Я смотрю ему вслед, он уходит молча, даже не попрощавшись, сжимая в руке свой драгоценный пояс. Интересно вот так тут и происходит развод или мне все же надо сказать «развожусь, развожусь, развожусь»? Быстро же мой брак пролетел… я снова свободная женщина Востока.
- Отлично. – говорю я, выкидывая из головы Такэда, их пояс и свою матримониальную жизнь. – Теперь я схожу переоденусь, а вы сделайте все как я сказала. Если будет не хватать жердей – снова пошлите за ними в прачечную, сегодня дождь, на открытом воздухе никто белье сушить не будет.
- Возьмите хотя бы это. – Бай Лин протягивает мне свой кушак. Белый кушак. Я хочу уже было отказаться, ведь белый – самый демаскирующий цвет в сумерках, но замечаю, что он белый только с одной стороны. Поворачиваю его край. Так и есть, с другой стороны, шелк – черного цвета. Инь и ян.
Переворачиваю кушак на темную сторону и подпоясываюсь. Беру свой меч. «Благословение Рэнки», прямой континентальный цзянь с узким лезвием, ему бы развитую гарду и рукоять утяжелить… впрочем сегодня он вряд ли мне пригодиться. Если рано стемнеет, если дождь продолжится, если циркачки Да Хэй и Бай Лин, верно, уложат бамбуковые жерди среди колонн центрального павильона… то это будет Ночь Коротких Клинков. Длинным тати, да в доспехах там не очень-то и размахнешься.
Спешу к себе в комнату. Снаружи слышен топот множества маленьких ножек, волокут бамбуковые жерди, шумит ливень, где-то снова рокочет гром, а я скидываю надоевшие длинные одеяния, переодеваюсь в темное и немаркое. Штаны, куртка, соломенные сандалии-дзори, кушак от Бай Лин, заткнуть за него короткий ай-кути, вынуть его из ножен, проверить большим пальцем заточку. Жаль, что у меня нет стилета, местные кольчуги проткнуть таким легче легкого. Но айкути не стилет, а потому у меня очень короткий список целей. Затылок и висок у воинов закрывает шлем, если ударить в почку, то человека выгибает в пароксизме боли, он не издает ни звука, но почки будут закрыты кирасой до-мару. Уязвимые места есть, но все они дают слишком много времени для умирающего, он может позвать на помощь, крикнуть или даже выхватить оружие и атаковать в ответ. Подмышка, локтевой сгиб, подколенные сухожилия – хорошие цели, но нет. Остается полоска кожи между кирасой и шлемом, если отвернуть голову в сторону и ударить ножом сверху-вниз и в сторону… он умрет за полминуты, а в сознании будет буквально две-три секунды, потом кровь отливает от головного мозга, хлынув рекой. Вот и алгоритм – появится сзади, схватить за край шлема, за гребень или рога, это даст дополнительный рычаг, рвануть на себя и в сторону и ударить айкути в промежуток между кирасой, шлемом и маской. Повернуть лезвие и вынуть его. Придержать тело. Будет относительно тихо, правда агония тихой не бывает, обязательно ногами упрется и забьется… но если девочки Бай Лин будут шуметь убедительно, то…
Вскидываю голову, глядя вверх, на потолочные балки из мореного дерева. Как хорошо, что здесь принято строить павильоны именно так. Вкладываю айкути в ножны. «Благословение Рэнки» сегодня мне не понадобится, меч будет только мешать. Самый короткий клинок что есть у самураев Минамото – это вакидзаси, и даже он слишком длинный для этой ночи. Ночи Коротких Клинков.
Попрыгав и проверив что ничто на мне не шумит и не блестит на свету – выхожу в коридор. Надо бы с химэ попрощаться…
В коридоре сталкиваюсь с Господином Такэда. На нем – боевой пояс рода Такэда. Но не это меня удивляет, в конце концов я предполагала, что, едва дорвавшись до пояса он сразу же его нацепит, подогнав под себя. Меня удивляет что под поясом на нем кираса, такая же древняя как и пояс. Наплечники-содэ, латная юбка, наручи, два меча на поясе и конечно же длинный лук за спиной. В руках он держит шлем с рогами и полумесяцем на нем.
- Господин Такэда! – говорю я, повышая голос. – Я думала, что вы уже убыли!
- Я решил остаться тут. – отвечает он, не глядя на меня. – На улице дождь, чего доброго, промокну. Знаете сколько времени шнуровку на доспехах потом сушить?