» Любовные романы » » Читать онлайн
Страница 3 из 3 Настройки

- … пожалуй. – хмурит бровь Алый Великан, все еще не понимая куда я клоню. А клоню я в нужную сторону, потому что прямо сейчас Бай Лин у нас не просто знатная дама и хозяйка поместья, но одновременно – вдова государственного преступника. А тут вообще-то принято наказывать не просто семьями, но даже целыми родами, это они с континента кальку берут, там как-то «до седьмого колена» род казнили, людей, которые даже не знакомы с преступником. Понятно опять-таки что знатных тут в отличие от «там» не казнят, но поместье отобрать могут и зачем тогда мы тут горбатились, спрашивается? Нееет, такой хоккей нам не нужен.

- В общем господин наместник, как только меня увидел – так сразу расплакался, во всем раскаялся и всю правду рассказал. – продолжаю я.

- Всю правду? – останавливается на месте Мицусада и смотрит на меня сверху вниз. – Какую правду?

- Всю. Выложил все начистоту. – киваю я, старательно глядя ему в глаза и стараясь выглядеть очень честной девушкой. – Например про то, что Мунэката угрозами его заставлял подчиняться и фактически держал его в заложниках, а он сам никогда бы на такое не решился, а потому он раскаялся и выдал всех людей Мунэкаты, после чего не выдержав позора – совершил сеппуку …

- Серьезно? – Алый Великан задумчиво скребет щетину на своем подбородке. – Никогда бы не подумал, что он на такое способен. Таракан тараканом, а поди ж ты – ушел из жизни красиво. Погодите-ка… - он прищуривается на меня. – А с людьми Мунэкаты что случилось тогда?

- … а они тоже не выдержали такого позора и самоубились. Так и сказали, мол не можем жить во грехе и раз! Самоубились. – говорю я, чувствуя что у меня щеки начинают гореть.

- Угу. – поджимает губы Мицусада. – Самоубились. Вот все сразу. И … вы тут не при чем, сенсей?

- Я едва ли орудие в руках судьбы, Мицу.

- А если я сейчас велю трупы осмотреть – что я увижу? – он складывает руки на груди. Я отвожу взгляд в сторону и вздыхаю.

- …

- Так что я увижу? – настаивает он.

- Следы жестокого самоубийства… - говорю я уже тише. Он хмыкает и осторожно кладет свою ручищу мне на плечо.

- Ладно. – говорит он. – Самоубились, ну и демоны с ними. Пойдем праздновать. Правда я местный сакэ терпеть не могу, но ради тебя выпью. Мне еще отчет составлять …

- Правда? – я поднимаю глаза. – И… осматривать трупы не будешь?

- Да чего мертвячину осматривать? Я уж насмотрелся за сегодня… - пожимает плечами он, ухмыльнувшись. – Раз ты говоришь, что мертвые – значит мертвые, прозвище «Синигами Мибодзин» не просто так дали. Верю, что мертвые.

- Ну вот и хорошо! – киваю я. – А тогда чего переживать, давай в купальню грязь и кровь с себя смоешь и за стол! Я тут у повара узнавала, даже твое любимое тошнотворное сакэ у них есть, то самое что изо рта молоденьких мико выплевывается! Рыбу пожарим с мясом, рисовые колобки есть… в общем хорошо поработали – хорошо отдохнем! И… - я измеряю его взглядом. Все же Мицусада – официальное лицо, а не просто погулять вышел, так что не помешает и уточнить.

- То есть вопросов как именно они все мертвыми стали – у тебя нет? – спрашиваю я.

- Да какие тут могут быть вопросы. – гудит алая башня в доспехах. – Как там говорит твоя помощница? «Глупцу что осмелится напасть на Мастера Меча на небесах засчитывается самоубийство», так же? Бедняги самоубились…

- Все так и было! – поддерживаю его я. – Поражаюсь твоей проницательности и уму! Вот ничего от тебя не скроешь, Мицу-кун! Не даром ты лучший из «Алых Нобори» и главный над ними, а «Алые Нобори» - лучшие буси рода Тайра, то есть – лучшие в стране! Мужественный, красивый, умный, и как такой до сих пор одинок? Надо бы и тебе пару подобрать …

- Ну… положим я вдовый. – подмигивает мне Мицусада. – А я читал вам, сенсей, стихотворение про соловья и канабо? Очень проникновенно, знаете ли, поэзия на грани, совсем как у вас! Как же там… «Вспорхнул соловей на ветку, раздроблены кости врага…» и там дальше про черепа и цветы камелии… черепа, конечно, раздробленные.

- О, боги. – округляю я глаза. – И такие стихотворения есть?

- Еще как! Вот сейчас пыль и грязь дорожную с себя смою и … - он брезгливо счищает со своей кирасы какие-то белесо-бурые ошметки. – За столом расскажу! Если кто и в состоянии эти стихи понять, так это вы, сенсей! Я уже говорил, что у вас … эээ… все красивое?

- О, боги. – вздыхаю я. – Ладно, у меня еще неприятные новости, Мицусада-сан.

- Так. – он выпрямляется, я обратилась к нему официально, а это значит дело серьезное. – Что случилось еще? Вы и Мунэкаду уже убили? То есть – он об вас самоубился? Что мне в отчете-то писать, вы уж сразу все говорите.

- Да нет. – морщусь я, махая рукой. – Просто склад с награбленным в леднике – сгорел.

- Сгорел? – Алый Великан смотрит в сторону холма, хмурится, не увидев ни дыма, ни сгоревших руин.

- Как есть сгорел. – киваю я. – Дотла. Осталось там немного совсем… тюков пять шелка и разбитые кувшины с маслом.

- Досадно. – хмурится он и снова смотрит в сторону погреба. – Вот прямо все сгорело?

- И не говори… - вздыхаю я и становлюсь рядом. – Совсем все сгорело. Или в пропасть упало.

- Откуда тут пропасть?

- Значит сгорело.