- Аяко-сенсей, - басит Мицусада, останавливаясь у ступеней и сдергивая с головы тяжёлый шлем. От него за три шага несёт мокрой псиной, конским потом и чем-то кисло-железным. - Вы целы?! Хвала Хатиману! Как вы и говорили нас в засаду привели… вернее попытались. Дзиро умеет языки развязывать, он с проводниками поговорил на привале, они и рассказали. – он убирает шлем подмышку и ведет головой справа-налево, как будто качая ею. – Стрелки у Мунэкаты неплохие были, но половина моих парней на них сзади навалилась и все. Правда самого младшего брата найти не удалось, но те, кого взяли в плен – уверенно показали на него и на Канэмити! Надо его арестовать, Аяко-сенсей!
- Понятно, - я сочувственно качаю головой, сходя на ступеньку ниже. - И как прошло, Мицусада-сан? Сильно вас потрепали? Эй, там! Сейчас же лекаря сюда и сакэ теплого с сухими полотенцами!
- Да что они смогут против «Алых Нобори»? Так, устали, замаялись, пара царапин есть и двоих коней подбили, - говорит великан, пожимая могучими плечами. – Но этот Канэмити мне сейчас за все ответит! Или … - он бросает на меня короткий взгляд. – Он же не успел сбежать, Аяко-сенсей? Как он мог от вас сбежать?
- Не мог. – киваю я. – Но вот допросить его вряд ли удастся, потому что господин наместник…
- Уже помер? – заканчивает за меня предложение Алый Великан и еще раз обегает взглядом выбитые двери ведущие во внутрь покоев наместника. – Мда… как я и предполагал. С вашей помощницей все в порядке? Никто не ранен?
- Нет, нет, с Бай Лин все в порядке, она в горячей водичке отмокает. – вздыхаю я. – Тем более она и не Бай Лин уже… кстати, отличная новость, Мицу-кун! Наша Бай Лин замуж успела выйти!
- Чего?
- Правда муж у нее скоропостижно скончался. Не везет девочке с личной жизнью. – я снимаю сверток с плеча и ставлю его рядом в угол, тяжелая зараза. – Так что теперь она Фудзивара-но Хакурэй, вдова из знатного рода Поля Глициний!
- … а? – Алый Великан Мицусада моргает. – Погодите, так …
- В самом деле, чего это вы все на пороге стоите – проходите внутрь! Сейчас велим горячую воду нагреть для купания и сакэ выкатить. Бывший наместник не отличался гостеприимством, но его вдова… полагаю она, будет куда более радушной хозяйкой, — договариваю я и делаю шаг в сторону, освобождая середину веранды.
За спиной у меня тихо скрипят доски. Бай Лин выходит из-за поворота галереи и останавливается на верхней ступени.
Надо признать, Надзуна постаралась. С влажных после купели волос девушки убрали ее привычную шелковую повязку, уложили их высоко и тяжело, как у столичных знатных леди, и воткнули две шпильки с подвесками из речного жемчуга. Тёмно-синее косодэ с редкими золотыми листьями глицинии, из-под ворота и рукавов виднелись слои нижних одежд, все двенадцать шелковых нарядов, как и полагается.
Стояла Бай Лин прямо, расправив плечи и чуть приподняв подбородок, как и полагается в таких нарядах стоять.
Первый ряд «Алых» замолчал. Потом замолчал второй. Кто-то из задних, не разглядев, что происходит, ещё продолжал вполголоса переговариваться, но его быстро ткнули локтем в бок.
Мицусада медленно переводит взгляд с меня на неё, с неё — обратно на меня.
- Так это… хм… - он прищуривается и кладет свободную руку на пояс. – Получается, что… ах, да… - Алый Великан делает один короткий шаг вперед и склоняет свою голову. – Рад приветствовать Госпожу Фудзивара-но Хакурэй в ее замечательном поместье. – он выпрямляется и по его губам пробегает улыбка. – Тут у вас и правда очень красиво.
- Господин Тайра-но Мицусада! – Бай Лин выставляет вперед руки, складывая их вместе «лодочкой», одну ладонь закрывает другая, образуя кольцо из шелковых рукавов. – Отважные воины рода Тайра! Двери этого скромного поместья всегда открыты для вас! Вода для купален уже нагрета, бочки с сакэ откупорены, повара стараются чтобы приготовить лучшие блюда для наших защитников! Пожалуйста, проходите и будьте как дома!
- Ну наконец. – хмыкнул кто-то в рядах «Алых», его ткнули кулаком в бок, и он заткнулся. По рядам прокатились короткие смешки.
- Кстати, у нас же еще столичная певица есть! – вспоминает Бай Лин, разгибаясь. – Она усладит слух буси своими песнями!
- Если в себя пришла. – ворчу я себе под нос, хватаю Мицусаду под локоть и мягко, но настойчиво тащу в сторону, он едва успевает свой шлем кому-то отдать. – На два слова, Мицу-кун, давай сразу все обговорим. Так кого вы там в лесу встретили?
- Эээ… разбойников? – чешет он в затылке. – Я ж говорю, в засаду попали, то есть вели нас, этот хитрый лис Мунэката, они вот вместе это учудили с Канэмити. Нет, конечно, идея была неплохой, распадок там с двух сторон, если лучников поставить сверху вниз бить, то будет туго… - он качает головой. – Но подъездные пути у самих перекрыто, оттуда выезда нет никакого, вот и взяли их накоротке. Если сверху зайти, то шансов никаких, у нас даже раненных толком нет, так, пара царапин… коней правда жалко. – он мрачнеет. – Хорошие кони были. Проклятый Мунэката!
- Вот и я о том же… - продолжаю увлекать его в сторону за локоть. – Мунэката во всем виноват. Ты же видел этого Канэмити, он бы сам до такого не додумался.