— О, эй. — Эмануэла заметила Марко и Шелли. — Приятно видеть знакомые лица в компании незнакомцев.
Мы с Марко обнялись, и Шелли подняла руку, указывая локтем на меня. Мой смущенный вид заставил ее объясниться.
— Это мой новый способ приветствовать мужчин в Северных землях. — Она повернулась к Марко. — Помоги мне продемонстрировать.
Марко поднял руку и коснулся локтем ее локтя.
— Твой новый способ приветствовать северян — стукнуться локтем?
— Совершенно верно. Я так устала от того, что мужчины здесь отказываются прикасаться ко мне, потому что я женщина. В любом цивилизованном обществе должно быть какое-то приветствие, предполагающее прикосновения, и это кажется идеальным, поскольку в столкновении локтей нет сексуального подтекста.
— Ладно, думаю, мы можем это сделать. — Мы с Шелли столкнулись локтями, и я не удержался от смеха. — Ты всегда придумываешь самые безумные вещи.
Марко наклонился ко мне.
— Это напомнило мне кое о чем, не мог бы ты, пожалуйста, сказать Шелли, чтобы она прекратила свою одержимость предотвращением беременности? Последней идеей, которая пришла ей в голову, было какое-то приспособление для пыток, которое можно было бы привязать к мошонке мужчины, и, как ты думаешь, на ком она хотела это испытать? — Он указал на себя.
Мои глаза расширились.
— Ты сказал «нет», верно?
— Очевидно.
— Вы двое закончили? — Шелли притопывала ногой. — Какой смысл быть замужем, если ты не можешь сотрудничать, когда тебе в голову приходит блестящая идея? — Она переводила взгляд с Эмануэлы на меня и обратно. — Вы двое пробовали какие-нибудь продукты, которые я вам дала?
Лицо Эмануэлы стало пунцово-красным.
— Нет.
— Хм. Так вы все еще не спите вместе?
Мое бесстрастное лицо скрывало, как сильно колотилось мое сердце, пока я ждал, что Эмануэла ответит на этот вопрос.
— Э-э-э… Соседи по комнате обычно не спят вместе, Шелли, и, кроме того, Хантер не заинтересован в отношениях с коллегой или кем-то старше себя.
Я прищурился, удивляясь, как она пришла к такому выводу.
Шелли просияла.
— Вы когда-нибудь слышали о брачных обычаях длинноперых угрей?
Эмануэла покачала головой.
— Нет, не могу сказать, что слышала.
— Ну, это очень интересно, потому что самки становятся огромными и очень старыми по сравнению с самцами. На самом деле, они вырастают до двух метров в длину и могут весить до пятидесяти килограммов. Можешь ли ты представить себе угря таких размеров? В любом случае, самое интересное в них то, что в то время как самки живут в ручье и им может быть до ста двадцати лет, самцы живут у моря, их длина составляет всего около семидесяти пяти сантиметров, а продолжительность жизни — от пятнадцати до двадцати пяти лет.
Мы все уставились на Шелли, которая сияла от возбуждения.
— Какое это имеет отношение к делу?
Мой вопрос заставил ее повернуться ко мне.
— Подумай об этом, Хантер. Это означает, что самка, которой больше ста лет, трахается с молодым длинноперым угрем, который в лучшем случае вчетверо моложе ее.
— И что?
— И это делает твои доводы о том, что ты не хочешь Эмануэлу, потому что она старше тебя, немного глупыми, не так ли?
— Я никогда не говорил, что ее возраст является проблемой.
— Сколько тебе лет? — Марко спросил Эмануэлу.
— Двадцать пять. Между мной и Хантером чуть больше двух лет разницы.
Шелли прищелкнула языком.
— Это ерунда.
Скрестив руки на груди, я посмотрел на Эмануэлу.
— Я никогда не говорил, что это проблема. Откуда это?
— Ты сказал, что причина, по которой ты не хотел заниматься сексом с Донной, заключалась в том, что она была старше, и вы были коллегами.
— Возможно, я и сказал это, но я также сказал, что она меня не привлекает, потому что она относится ко мне как к лабораторной крысе. Все остальное было просто отговорками.
Эмануэла выглядела немного озадаченной и замолчала, когда Джона пожал Марко руку.
— Я не хотел прерывать вашу увлекательную беседу о сексуальности угрей и соседей по комнате, но я Джона, брат Эмануэлы.
Марко улыбнулся.
— Очень приятно познакомиться с тобой, Джона. Я убедился, что моя жена проголосовала за тебя.
Шелли толкнула Марко плечом.
— Я всегда собиралась голосовать за него.
— Но ты бы не стала тратить время, если бы я не напомнил тебе семь тысяч раз в день выборов. — Марко поцеловал Шелли в щеку и пошутил: — Моя жена великолепна, но ее не могут беспокоить такие скучные вещи, как календари.
Громкий ропот заставил нас обернуться и увидеть Хана, Магни и Перл, которые шли сквозь толпу. Их дети уже разбрелись в поисках своих друзей, в то время как толпа гостей на свадьбе расступалась, давая дорогу правителю Северных земель, его жене и брату.
Толкнув Джона локтем, я пробормотал:
— А вот и Перл.
Он смотрел на меня с удивлением, как ребенок, впервые увидевший снег.