» Любовные романы » Любовная фантастика » » Читать онлайн
Страница 2 из 83 Настройки

— Нет, — сказал он. — Никогда. — Он взял мои руки, останавливая их. — Это редкость, но бывают случаи, когда у королевы и одного из ее консортов платонические отношения.

Мой взгляд метнулся к нему.

— Это то, чего ты хочешь? — Сердце налилось свинцом и упало. Судя по опустошению, разливающемуся во мне, платонические отношения с Ксавьером — не то, чего я хотела. Совсем не то.

Следом нахлынула новая волна вины. Гэвин спас мне жизнь, разбудил мои силы, заставил меня почувствовать то, чего я не знала, что возможно… А теперь он страдает в одиночестве из-за меня. Потому что мне был нужен Ксавьер, мой Главный Консорт. И все же я стою здесь, перед тем самым человеком, чья свобода стоила Гэвину свободы, отчаянно желая, чтобы он меня не отверг. Жаждая его рук на мне. Его зубов во мне.

— Ты не выбирала меня своим Главным Консортом, — сказал Ксавьер. — Это должна была быть роль Гэвина, но я украл ее у него. Украл тебя у него. Не один раз, а дважды.

Его слова пронзили меня. Ксавьер был моим прошлым, Гэвин должен был стать моим будущим. Но судьба вывернула все наизнанку.

— Ты спас меня, — возразила я тихо. — Я бы умерла здесь, с мамой, и Амаей, и… всеми.

— Как бы то ни было, — сказал Ксавьер. — Я взял то, что никогда не предназначалось мне. Я навязал тебе связь, которую ты не понимала и не выбирала. — Он помолчал. — Я не жду, что ты будешь относиться ко мне так же, как к тем, кого выбрала сама.

— Но… я люблю тебя, — прошептала я, слезы собирались на ресницах.

Правда казалась и простой, и невозможно сложной. Я всегда любила его, но эта любовь преобразилась. Он был всем: отцом, учителем, стражем, другом. Теперь он был чем-то еще, чему я не могла дать определение, но чувствовала, как оно разматывается внутри меня с каждым вдохом.

— Любишь меня как отца? — спросил он. — Как брата? Как друга?

Мой подбородок задрожал.

— Как тебя. — Я отвернулась, высвобождаясь и отходя к дальнему краю камина. — Но я понимаю, если ты предпочитаешь платонические отношения, — сказала я, обхватывая себя. Почему казалось, что я снова теряю его, когда только что нашла?

Последний поцелуй Гэвина преследовал мои губы. Каждое прикосновение Ксавьера ощущалось одновременно благословением и предательством. Это и значит быть королевой? Держать противоречия, не разлетаясь на части, любить так многих так глубоко, чувствовать радость и горе одновременно?

— Я не это сказал. — Ксавьер снова стоял позади меня. Его руки легли мне на плечи, большие пальцы поглаживали шею. Он убрал мои влажные волосы в сторону, и я почувствовала шепот его губ на сонной артерии, легкое прикосновение зубов.

Мой пульс бился, кровь взывала к нему. Я наклонила голову, молча предлагая шею. Даже когда жар захлестнул меня, сердце ныло по Гэвину.

Королева во мне знала, что это необходимо. Каждая связь усиливала меня. Сам Гэвин убеждал меня завершить эти связи, и его жертва была бы бессмысленной, если бы я не использовала эту возможность, чтобы принять свою силу. Но та часть меня, что все еще была Софи Мэттьюз из Сиэтла, шептала, что это неправильно, что счастье незаслуженно, пока он остается пленником.

Ксавьер шагнул вперед, его тело прижалось вплотную к моей спине, одна рука легла на живот. Низкое рычание прокатилось через его грудь, когда он снова провел зубами по моей коже. Я накрыла его руку своей, переплетая пальцы. Другая его рука обвилась вокруг моей шеи, поддерживая челюсть. Когда его зубы прорезали мою кожу, первоначальный резкий укус боли превратился в блаженную эйфорию за одно биение сердца.

Вина сжала мое горло — не за Гэвина в этот раз, а за Ксавьера. Все те годы я жила своей жизнью, пока он страдал в темноте. Все это время я верила, что он мертв, никогда не искала, не задавалась вопросами.

— Иди сюда, — сказала я, дергая его за плечо.

Он наклонился вперед, накрывая мое тело своим, от этого движения он наполовину вышел из меня, чтобы снова погрузиться, растянувшись между моих ног.

Я вздрогнула, судорожно вдохнув.

— Если тебе нужно медленно, то медленно, — сказала я, проводя ногтями вверх и вниз по обеим сторонам его шеи. — Если тебе нужно трахать меня жестко, то трахай жестко. — Я заглянула ему в глаза, видя тени, угрожающие утопить его желание. — Я здесь для тебя. Что бы тебе ни было нужно.

Я не могла стереть его прошлое. Не могла отменить его страдания или мои. Но я могла предложить ему это — настоящее, где он не один, будущее, где он принадлежит.

Я приподняла голову и легко прижалась губами к его губам. Наш первый поцелуй. И несмотря на его член, погруженный в меня, он был сладким и невинным. Почему-то более интимным, чем то, что мы уже делали.

Я оторвалась, кладя голову обратно на кровать, наблюдая за его выражением. Он облизнул губы, затем склонил голову, завладевая моим ртом. На этот раз в поцелуе не было ничего невинного. Я открылась ему, впуская, наши языки сплелись.