Я разворачиваюсь к куратору, одновременно выпихивая за порог радостно фырчащую Фло, и вижу ироничную улыбку на губах Раманюк. Сдаётся мне, идея о парных тренировках кажется ей просто гениальной. Осталось теперь понять, почему она решила объединить нас. Разве это не противоречит её словам о необходимости скрывать потенциал Фло?

— Иди, у тебя командная тренировка, — повелительно произносит дэра, не давая мне задать вопросы.

Закрываю за собой дверь и утыкаюсь в золотистую табличку слева от двери. Интегра Раманюк. Звучит как безумный математический закон. Как и сама куратор.

— Глянь! — Флоренс надоедает тягать мою сумку.

Она с грохотом роняет её на пол, и первое, что выскальзывает к моим ногам, — то самое досье, что читала Интегра.

— Ты что, стащила моё личное дело?! — В ужасе пялюсь на свою теперь уже подельницу.

И судя по её довольно щурящимся глазкам, она нисколько не раскаивается в своём поступке!

Глава 8. Всё дело в контроле

— Ты вообще краёв не видишь? — злюсь я и, воровато оглядываясь, запихиваю планшет обратно в сумку. — Думаешь, Раманюк не заметит пропажи дела и не сложит один плюс один?

— Так верни сейчас, — пожимает плечами Фло. — Скажи, что случайно прихватила.

В ответ я лишь недовольно выдыхаю и иду на выход. Отдам, когда изучу. В конце концов, скажу, что не сразу заметила довесок.

— Во-о-от, умеешь же думать, когда надо, — ехидно выдаёт Флоренс, летя следом.

— Прекрати. Я не намерена выслушивать твои насмешки.

Лисица замолкает. В лифте, кроме нас, никого нет, и я морально готовлюсь к новым издёвкам со стороны рыжей юмористки. И внезапно для самой себя понимаю одну простую вещь: то, как ведёт себя Фло, — это отражение моего собственного поведения. В моём мире я именно так разговаривала со своими друзьями — постоянно подшучивала, порой слишком жёстко. Но я-то это делала, чтобы держать людей на дистанции, а вот почему так себя ведёт Фло — это хороший вопрос.

— Извини. — Просьба рыжули застаёт меня врасплох.

Мне на каком-то органическом уровне претят эти неловкие извинения. Признать собственную неправоту для меня сродни подвигу, и что-то мне подсказывает, что и для Фло тоже. А потому спешу замять неловкость ситуации:

— Не бери в голову, притрёмся ещё, — взмахиваю я рукой.

В холле встречаю небольшую группу студентов. На их кителях нет звёзд, из чего делаю вывод, что это первокурсники, ещё не прошедшие распределения. Перебрасываясь шутками и обсуждениями преподавателей, они двигаются вглубь первого яруса, и я принимаю стратегическое решение проследовать за ними. В конце концов, мне нужно найти карту академии и расписание, о котором говорил Рик.

Интуиция меня не обманывает, и вскоре шумная стайка выводит меня в большой зал, по центру которого расположена объёмная проекция с картой кампуса. По периметру же установлены стенды с расписаниями всех курсов.

— А мы какой курс? — шёпотом спрашиваю у Фло, безуспешно пытаясь вспомнить, говорила ли мне об этом Кери.

— Третий, — в тон мне отвечает лисичка.

— Ла-а-а-адно, ищем третий, — неуверенно тяну я и оглядываюсь.

Нужный стенд находится быстро, и по паре, с которой меня выгнал магистр Лурак, прихожу к выводу, что наше с Флоренс предположение оказывается верным. Сам график занятий разбит на несколько блоков. Есть общие занятия для всего курса, а есть отдельные для каждого вида пиримов. Благодаря последним узнаю, что стражи делятся на четыре вида — боевые, поддержка, модуляторы и универсальные.

— Нам в итоге на какое расписание ориентироваться-то? — немного теряюсь я.

— Естественно, универсальные, — гордо задрав носик, изрекает Фло. — Забыла, что ли?

— Я-то помню, как и помню то, что Раманюк просила тебя не светить, — в задумчивости скользя взглядом по блокам, отвечаю я. — Запишу пары для поддержки. Не будем выпендриваться.

— Но там нет Рика! — по-детски обижается рыжуля. — Нам надо больше общаться!

— Меня начинает беспокоить твоя мания, — бормочу я и оттягиваю рукава рубашки, чтобы зафиксировать расписание рядом с темой доклада для магистра Лурак. — Чёрт!

Записи превратились в трудночитаемую мазню. Что рождает сразу несколько проблем: я лишь приблизительно помню, что именно мне задал преподаватель, а ещё становится очевидно, что делать пометки на руке не очень умная идея.

— Эй, — окликаю я стоящего неподалёку первокурсника. — Есть листок бумаги?

Он недоумённо смотрит на меня, потом машет головой. И когда я уже поворачиваюсь в другую сторону в поисках того, кто может мне помочь, паренёк делает шаг ко мне.

— А зачем тебе бумага? — Встаёт рядом и разглядывает стенд, будто пытается найти ответ на свой вопрос.

— Расписание записать. — Пожимаю плечами.

— Даже не думай заигрывать с ним, у него пирим дохляк, — обнюхав его, выдаёт вердикт Фло.

Я еле сдерживаюсь, чтобы не одёрнуть эту доморощенную сваху. С добродушной улыбкой смотрю на возможного благодетеля.

— Так оно же у нас в дневниках есть. — Паренёк смотрит на меня как на умалишённую.