Магия помогла. С помощью заклинаний и ругательств я вытащила-таки мужчину из канавы. Когда грязь стекла, поняла, что на голове у него мешок, да еще и завязанный на шее толстой веревкой. Ой-ей, резвое помело! Ахнула, смахнув очистки с его тела. В лицо глянули резаные глубокие раны. Сколько их, мамочка! Как же бедолага жив-то еще?

   Стало безумно стыдно. Подхватив его под плечи и бормоча заклинания, что делали найденыша полегче, потащила к дому. Нелегко пришлось, но вот уже и крылечко родное. 

   Кряхтя, толкнула попой дверь и втянула мужчину в холл. Протяжно выдохнула. Выпрямилась, подождала секундочку, давая раствориться танцующим перед глазами алым пятнам и дождавшись, когда стихнут молоточки в висках. А не то рядом бы с ним легла.

   - Батюшки-матушки! – Кондратий бородатым колобком подкатился ко мне. – Это кто ж такой еще? Ты разворожила своего муженька и немного утопила в канавке? 

   - Нет, конечно! – возмутилась в ответ, наградив его соответствующим взглядом. – Нашла вот в нашем стоке.

   - И сразу к себе в нору потащила, - съязвил вековушка. – Ну да, чего добру пропадать, все в дом, все в дом!

   - Кондратий! – повысила голос. 

   - Чаво?

   - Не бухти. Лучше помоги, ранен он, сильно.

   Защитник дома помог. Правда, от лекции о глупых ведьмах, что тащат домой всякие опасные штуки, это меня не избавило. Но мы внесли незнакомца в мою спальню, за это и не такое бы выслушала. 

   - Давай таз с горячей водой, полотенца – много, перевязочное полотно, обработку для ран, иглы прокаленные, нити, - велела помощнику. – Живее!

   - Опять я бегай, - проворчал он. – А ведь не молоденький ужо. Мне ведь сотен пять уж стукануло!

   - Шустрее, дедуля! – бросила, через плечо глянув. – А не то будешь в саду могилу рыть ему.

   Вековушка убежал, а я принялась снимать с мужчины одежду. От рубахи остались одни лохмотья, потому ее удалить оказалось легко. Несмотря на огромное количество ран, не смогла не заметить, что торс у него мощный и красивый. А еще даже сквозь всю вонючую гадость, на кожу налипшую, видно сияние, что пробивается наружу. Теплое, как золото, что разливается по небесам, когда солнце за горизонт почти ушло уже.

   Так, а теперь от возвышенного к низменному перейдем. Хмыкнула смущенно и расстегнула ремень на штанах. Какая пряжка, камень-то рубин, похоже. Светится хищно, будто вот-вот клыки покажет и вцепится в руку, что посмела его коснуться.

   Отложила в сторону. Чужого мне не надо. Потянула брюки вниз, но тут сильные руки стиснули мои запястья будто стальными наручниками. Это если он полумертвый так силен, то каков же, когда в здравии? 

   - Не мешай, мне надо раздеть тебя и вымыть, раны обработать, - сказала ему. 

   Стеснительный какой, надо же!

   Пальцы ослабли, и я стянула с него штаны вместе с исподним и сапогами. Стараясь не глядеть, куда не надо, разумеется. Я порядочная ведьма, чужие, эти, финтифлюшки не интересуют. Хотя все одно заметила, что природой он награжден более, чем щедро.

   - Это чего же ты раскраснелася-то так? – полюбопытствовал вековушка, поставив рядом таз и перелив в него воду из кувшина. 

   - Переживаю за больного, - буркнула и, намочив ткань, начала обмывать осторожно раны на мужчине. – Отвары тащи и мази. И ниток – все, что есть. Тут работы до вечера!

   - Мой пока, я мешок с башки его сниму, - Кондратий завозился, щелкая ножницами. 

   Вот все по-своему надо сделать, упрямый! Хотя сама такая, чего уж там.

   - Батюшки-матушки!!! – вопль вековушки ударил по ушам.

   Что стряслось, покусал раненый, что ли, моего духа-защитника? Посмотрела на него вопросительно, но тот лишь тряс бородой, на что-то глядя. Драные метелки, видимо, серьезное нечто случилось.

   Я подошла к нему и…

   Тоже замерла, хлопая глазами и не в силах вымолвить и слова, глядя на голову незнакомца. Вернее, на то, что из нее росло.

   Рога!!!

   Самые настоящие, сияющие обсидианом – так, как бывает только у демонов! Длинные, острые, изящно изогнутые, похожие на кинжалы и змей одновременно. Такие опасные и притягательные, что рука сама потянулась к ним.

   - У одного-то кончик отколот, - пробормотал Кондратий, и его голос вывел меня из забвения.

   - Это не самая большая наша проблема, - помотала головой и вернулась к обработке ран на теле.

   - Ведьма, у нас тут демон полудохлый, если ты не заметила! – голос вековушки повысился до визга. – И у него рог отколот! А это значит, что…

   - Кондратий! – рявкнула на него. – Знаю я все! Это значит, что в него ведьма магией ударила. Но сейчас надо зашить раны, напоить его отварами. Думать будем потом.

   - Рисковая ты баба! – он сел рядом и протянул шкатулку с нитями и иглами. – Может, я в околоток сбегаю, полицаям нашим расскажу, чего сыскали в канаве сточной? И все, не наша проблема. Ведьмам отдадут его, пусть те и…