Луна, казалось, вздрогнула и укоризненно глянула на меня. Вопят тут всякие, мешают по нему плыть в легкой дреме! Рядом ворчливо угукнул филин, тоже выражая неудовольствие. Ветер накинул мне на плечи ледяной плащ, заставив поежиться. Ничего, не отпугнете, мне ребенка надо искать! Я вздернула нос и, привязав Вредину к дереву, зашагала по тропинке в гору, на которой шапочкой сидели развалины замка.

   И так хиленький всплеск храбрости мгновенно испарился. Холм, покрытый огромными валунами и деревьями, и днем рассылал по коже волну мурашек, пробуждая воображение, а уж ночью так и вовсе заставлял инстинкт самосохранения нашептывать на ушко заманчивое предложение сбежать пошустрее, поджав хвост. 

   Ямы в земле казались распахнутыми ртами – угодишь ненароком в такой, земля тут же сомкнется над твоей головой, тебя пережуют и… Оплавленные дыханием демона в истинной ипостаси камни торчали вдоль тропы как огромные клыки чудища, замершего перед прыжком. Но самым страшным были деревья, которые будто сидели на валунах, свесив с них корни, убегающие в разные стороны, как щупальца осьминога.

   В темноте, разбавленной лишь скупым светом луны, деревья казались огромными тварями, следящими за каждым твоим шагом. Я шла вперед и то и дело вздрагивала, спиной ощущая их взгляды. Косилась на них, уговаривая себя, что лишь из-за обмана зрения показалось, будто они медленно сползают с камней и тянут ко мне свои корявые корни, извивающиеся по земле, как змеи.

   А чего это я одна тут свою храбрость испытываю? Вдвоем-то пугаться куда как веселее!

   - Шушик! - позвала шепотом.

   П-пух, и он уже сидит на моем плече.

   - Ох, батюшки, неугомонная женщина! – озираясь, пробормотал и вцепился лапками в меня. – Что ты забыла ночью в таком месте?

   - Том пропал. И говорят, пошел в развалины, за цветком, чтобы подарить его девочке, которая ему нравится. 

   - Все беды из-за баб, правильно Титькус говорит! – фамильяр захлопал глазенками. 

   - У-у-у-у! – простонала тьма вокруг.

   Мы оба вздрогнули, и пушистый, растопырив крылья, обхватил ими мою голову. 

   - Не дрожи, - потянула его перепонку вниз, чтобы не мешала глазам. – Если что, ты п-пух и в безопасности. А я…

   - Так я за тебя и переживаю, - проворчал мой смельчак и закутался в свои крылышки. – А дрожу, потому что холодрыга,  жуть! 

   - Ты же хищнеггг, ночной зверь, вампиррр! – поддразнила я. – Ночь – твоя родная стихия! Летучей ли мышке бояться темноты? 

   - Летучей лисице, - уточнил с важным видом. – И ну ее, твою ночь. Ночью спать надо, в теплой постельке, а не это самое, ты поняла.

   А не приключения искать на ягодичную мышцу. Он прав. Ну,  попадись мне Том! Выпорю хулигана! Хотя, лишь бы живой и невредимый нашелся, остальное неважно. 

   - Ай-яй!

   - Что?

   - Хубу прикушил, - ушки опустились вдоль головы. – Хадство хадское! – Прищелкнул кривым зубиком. – Ой, мама рОдная! – коготки прошили мое плечо. 

   - Ну, что на этот раз прикусил? – я вздохнула. 

   - Там!.. – Шушик вытянул вперед лапку. 

   - Где? – она настолько дрожала, что мне не сразу удалось разглядеть то, что его напугало.

   А когда разглядела… Сороконожка без бамбошек!!! Теперь я и сама была не прочь запрыгнуть к кому-нибудь на ручки и зажмуриться крепко-накрепко! 

   То, что казалось игрой перепуганного воображения, оказалось реальностью – одно из деревьев сползло с валуна и, мягко передвигая длинными корнями, двинулось к нам.

   - Мамочки! – я подпрыгнула, как и мое сердце, которое предпочло шлепнуться в пятки. 

   Пух, пух, пух!

   Словно мыльные пузыри лопнули передо мной.

   - Всем оставаться на местах, работают феи! – знакомый голосок вклинился во тьму, которая сгущалась вокруг удушливой ловушкой. 

   - Фиа! – я облегченно выдохнула.

   - Доброй ночи, Лола, - шепнула она мне и сияющим комочком, рассыпающим вокруг шлейф из золотистых пылинок, метнулась к дереву.

   Миа и Лия последовали за ней.

   - Ты чего своих пугаешь, чудень? – уперев руки в бока, осведомилась Фиа, облетев вокруг застывшего дерева. – Это жена демона Янура Редроуза, а значит, семья! Кышь, брысь! – уперлась в ствол ладошками, две другие присоединились к ней. – Пошел на место!

   Я с улыбкой посмотрела, как оно нехотя забирается обратно на камень. 

   - Шушик, можно открывать глазки, все уже хорошо, - шепнула фамильярчику.

   - Точно? – уточнил он.

   - Ага. Сам смотри.

   - О, феечки! – пушистик захлопал крыльями. – Теперь дело пойдет на лад!

   - Видали, как я его? – Миа раздулась от важности.

   - Чего ты-то сразу? – Лия тоже надулась – но уже от обиды.

   - Это вообще я все разрулила, - заявила Фиа.

   - Чего? – предыдущие две гневно сжали кулачки.

   - Понеслось, - пробормотал Шушик, наблюдая за феями, которые уже, по привычке, принялись мутузить друг друга.