— Кажется, за время жизни в другом мире ты стала немного тяжелее, — отметил тёмный, садясь. Но, натолкнувшись на мой гневный взгляд добавил: — Будем считать, что это жизненный опыт.

— А я не сразу тебя узнала за толстым слоем самодовольства, — парировала я и отвернулась. — Ого! Что это?

Все, кто уже успел встать с пола и выбраться из-под опрокинутой мебели, огляделись. Буквально всё вокруг оказалось заляпано тёмными смоляными пятнами, и эта непонятная жижа теперь медленно стекала вниз, оставляя за собой живописные дорожки неописуемого цвета. Каким-то чудом на мне не оказалось ни пятнышка — зато Фрейн был уделан так, будто на пару дней уснул под деревом, густо населённым птицами.

— Это концентрат тёмной магии, — пояснил он, оглядывая свой безнадёжно испорченный сюртук. — Конденсируясь, он приобретает такую неприглядную форму.

— Тёмная магия? — переспросила я. — Если тебя наполняет именно эта гадость, твой характер становится объяснимым.

Мужчины перестали охорашиваться и с молчаливым удивлением на нас уставились. 

— Это можно будет как-нибудь… отмыть? — печально уточнил Ансель.

— Конечно, мои парни всё нейтрализуют. Но реакция произошла очень странная, — Фрейн не рискнул снова надеть сюртук, и просто повесил его на сгиб локтя. — Как будто кто-то заложил здесь магическую ловушку.

— Что это значит? — нахмурился управляющий.

— Что-то вроде большого средоточия тёмной магии, — принялся пояснять Хранитель. — Заряд, который сработал в определённое время и запутал систему безопасности. Правда, в этом случае я не понимаю смысла такой шутки. Вас же не пытались ограбить?

— Тут никого не было, кроме нас, — вставил Дерик. 

— Но вы же всё выясните? — Ансель уставился на Фрейна с надеждой.

Можно представить, какие репутационные потери понесёт банк, когда о случившемся узнает общественность.

— Естественно, — Хранитель уверенно кивнул. — Для начала мы отыщем первоисточник всплеска. А для уточнения деталей я соберу показания о случившемся со всех присутствующих.

Он перевёл на меня кровожадный взгляд, будто только и ждал повода. И пока его помощники ходили по приёмной и собирали “конденсат” тёмной магии с помощью других специальных устройств, Фрейн лично и очень пристрастно опросил управляющего, а за ним — душеприказчика. Меня он, видимо, оставил на закуску. Перепуганный происшествием Ансель велел принести мне чаю и самых вкусных конфет, так что время в ожидании экзекуции от Хранителя я проводила вполне приятно. Ровно до того момента, пока ко мне не обратился пытливый взгляд его тёмно-зелёных глаз.

Какой всё-таки колдовской цвет… Последняя конфета встала в горле комом.

3.4

Как бы я не бравировала, а объективно он может раздавить меня в лепёшку, если захочет. Другое дело, у него для этого нет совершенно никаких причин. Но одна только мысль о нынешнем могуществе Фрейна Дерсиди вызывала у меня нервный зуд в районе копчика.

— Ну что ж, — он лишь мельком взглянул на меня, когда я села напротив в весьма удобное кожаное кресло. — Душеприказчик Ройера Вайтвинна — Дерик Крофт — сказал, что теперь к тебе нужно обращаться исключительно “шерина Вайтвинн”?

Он сделал какую-то пометку в бумагах и, отложив их, взглянул на меня исподлобья. Наверное, взгляд предполагался суровый, но вышел скорее любопытствующий, словно Фрейн пытался понять, что же я теперь за зверь такой и с чем меня можно есть.

— Очень верно подмечено, — я скупо улыбнулась. — Но для вас персонально… “Многоуважаемая”.

Тёмный вскинул брови и от изумления даже откинулся на спинку стула, будто ему было лучше меня видно.

— Кажется, мы слишком хорошо знакомы для подобных условностей, — он перевернул самопишущее перо и постучал им по совершенно чистому листку. — Помню, однажды ты даже назвала меня “козлом”, “сволочью” и ещё каким-то словом на букву “м”. Кстати, до сих пор не знаю, что это за существо.

Я поборола в себе желание ответить “погугли” и снисходительно покачала головой.

— Оно не отличается высоким интеллектом — это всё, что вам нужно знать, шейр Дерсиди, — я помолчала, наблюдая, как по красивым губам Фрейна растекается ехидная улыбка. — Однажды я поняла, что знаю вас слишком плохо для того, чтобы переходить к фамильярному обращению. Поэтому отныне только на “вы”.

— Ауч! — тёмный пальцем оттянул ворот рубашки, будто ему стало жарко. — Кусаешься так же, как и раньше.

Похоже, рекомендации душеприказчика относительно меня он был намерен проигнорировать. Никакой тебе “шерины” и уж тем более “многоуважаемой”.

— Я ещё и словарный запас расширила, — ответила я, храня на губах такую милую улыбку, что ей позавидовал бы и ангел. — Впрочем, перейдём к делу. Я ничего не видела, подозрительных лиц поблизости не замечала, что случилось, не поняла. К осколку или чужому имуществу даже не прикасалась. Всё?

— Адель… — Фрейн вздохнул.