«Огненные демоны — вот кто однажды проверит нашу Астранийскую империю на прочность. Они не склоняются ни перед кем. Им нельзя доверять. Они уже вторглись в империю. Туманный клан держит оборону».

Мне было непонятно, если опасность исходила со стороны Империи Демонов, где основой магии считался огонь, то почему его запрещали изучать? Почему в клане Лунных было запрещено даже читать книги о магии огня? Или запрет касался только меня? Хотя Марии тоже не преподавали магию огня…

Но, может быть, сестре просто это было неинтересно? Или ей не нужно было знать лишнего?

Я ведь часто подслушивала её уроки. Сидела на лестнице, притихшая, вжимаясь в холодный мрамор ступеней, и слушала сквозь приоткрытую дверь, пока учитель, старый господин Крон, неторопливо шагал по комнате, постукивая тростью.

Иногда он словно случайно бросал взгляд в мою сторону. И я тогда замирала, готовая бежать. Но он не выгонял. Лишь чуть качал головой, как будто говорил молча: «Хорошо. Сиди, только не мешай».

А потом и вовсе он позволял мне прятаться — тихо, как мышке, в углу, где никому не было до меня дела. Даже Мария не догадывалась, что я там. Это было нашим маленьким секретом. Его условием.

Я провела рукой по полкам, читая названия: Ледяная алхимия, Приручение холода, Теория равновесия…

Сколько раз я искала в своем клане книги об огне, не счесть. Ни одной книги. Ни намёка. И от этого внутри что-то сжималось. Почти физически. Будто кто-то вырезал из самой магии часть истины, вырвал целую стихию — опасную, неудобную, живую. Но если её вырезали, значит, боялись. А если боялись, значит, там была сила.

Интересно, а Ледяные так же ее боялись?

Я шагнула глубже между стеллажами, там было не так светло, как во всей

библиотеке. Кажется, там вовсе не было окон. 

И вдруг я остановилась. На полке, чуть ниже уровня глаз стояли книги… об огненной магии.

Не одна. Не две. Целый раздел.

Я замерла, не веря глазам. Сначала подумала, что ошиблась. Потянулась, пальцы дрожали. Осторожно достала первый том, переплёт был тёплым, будто книга хранила дыхание солнца. Потом вторую. Третью.

Все об огне! О его природе, законах, воплощениях.

Я стояла как зачарованная и не могла поверить, что никто здесь не прячет такие книги!

У нас, в клане Лунных, за одно только упоминание об этом меня бы наказали. А здесь свободный доступ. Огонь и лёд соседствовали на полках, словно это было в порядке вещей.

У меня закружилась голова от восторга.

Сердце колотилось где-то в горле.

Я опустилась прямо на пол, на холодные каменные плиты, держа в руках сразу три книги, прижимая их к груди как найденное сокровище.

Я даже не знала, какую открыть первой.

Потом медленно поднялась, с трудом удерживая дыхание, почти бегом поспешила к своему креслу у большого витражного окна, куда падал мягкий рассеянный свет.

Я опустилась в кресло, разложила книги на коленях, коснулась обложки первой. Кожа была гладкая, чуть шершаво-тёплая. На корешке выгравировано слово «Пламя».

Я провела по нему пальцем.

И улыбнулась.

А потом я потеряла счёт времени.

Страницы одна за другой скользили под пальцами, тихо шелестели. Я жадно впитывала каждое слово, каждый символ, каждую формулу. Мир вокруг будто растворился — не было ни стен, ни холода, ни страха.

Были только я и это «пламя» на страницах. Я читала о магии, что способна согреть и уничтожить, о потоках силы.

Огонь. Запретный. Живой.

Я даже не заметила, как сдвинулась ближе к свету, потому что его становилось все меньше и меньше. Где-то за окнами давно сменился день на вечер, но я не заметила.

Я забыла обо всём.

Я читала и читала, пока глаза не начало резать от усталости, но я не останавливалась.

Мир вернулся резким рывком — книгу вырвали из моих рук.

Я вздрогнула так, что кресло скрипнуло.

Сердце сорвалось в сумасшедший бег.

Пальцы остались сомкнутыми в воздухе, будто я всё ещё держала страницы.

Передо мной стоял Кайден.

Холодный. Мрачный. Суровый.

Он держал книгу в руках, ту самую, что секунду назад была у меня. Его пальцы сжимали её с силой.

По его лицу я видела, что он чем-то недоволен. Нет. Кажется, он был зол.

Глаза его сияли так ярко, как никогда прежде.

А рядом с ним было так холодно, что мне захотелось обхватить себя за плечи.

— Тебя не могли найти, — голос был тихим, но от него по коже пробежал ледяной ток.

Я не смогла ответить.

Просто смотрела на него, как зверёк, загнанный в ловушку.

Слова застряли где-то в горле.

Он с силой захлопнул книгу и отбросил её на стол. Та задела стопку листов, и они разлетелись по полу. Моё нетронутое яблоко тоже покатилось по каменной плитке.

Я вздрогнула в кресле. А потом раздались слова, что выбили почву из-под ног:

— Живо. Идём. Ужин уже накрыт. Пожаловали твои родители.