Потом приходилось до полуночи корпеть над учебниками. А по ночам мне снился сложный огненный контур заклинания, которое днем я всеми силами пыталась починить. 

Работу я закончила ровно за день до бала. Сама не поверила, когда последняя линия встала на место и голубой камень наполнился огненно-рыжим светом. Калантар встрепенулся за своим столом, старшекурсники отложили свою работу и сгрудились за моей спиной, разглядывая перстень.

– Глазам своим не верю, – пробасил Бурон. – Получилось!

– Интересно, как он действует? – полюбопытствовала Зард.

– Что-то явно защитное… – протянула Рузи. 

Наставник подошел ко мне и улыбнулся:

– Ты это сделала.

– Мы это сделали, – поправила я. – Без вашего руководства ничего бы не вышло.

– Но магия была твоя, – напомнил он. – Так что... ты это сделала. И еще сама не понимаешь, сколь многому научилась, пока работала над этим артефактом. Надеюсь, он принесет тебе пользу. 

Я кивнула, продолжая разглядывать камень. А Калантар добавил:

– Только испытывай в чистом поле и попроси друзей отлететь подальше.

Но пользоваться камнем я не собиралась. Как только занятие закончилось, я отправилась в общежитие. 

Наказание генерала закончилось, и от внеплановых патрулей мы были освобождены. Поэтому троица наслаждалась заслуженным отдыхом в своих комнатах. Или парни утешали Дэйю. У той уже не осталось надежды, что Пшик вернет медальон.

Я взбежала по лестнице на свой этаж. Дверь моей комнаты приветливо распахнулась, изнутри донеслось:

– Пыш! Пыш-пышшшш…

Но когда я перешагнула порог, то обнаружила, что дух на меня даже не смотрит. Попыхивая, трудолюбивый пушистый шарик развесил на манекене платье, присланное Мартой. И теперь старательно разглаживал с помощью своей магии каждую складочку на ткани.

Я закрыла дверь и неуверенно позвала:

– Пшик… у меня кое-что есть для тебя. 

Дух повернулся ко мне. Круглые глаза как будто стали еще больше. Я протянула ему на ладони артефакт и произнесла:

– Не знаю, что это, но эта вещь снова принадлежит тебе. Я вернула его и починила. Пожалуйста, отдай медальон с красной чешуйкой, который ты взял у Дэйю.

Несколько мгновений пушистик моргал своими глазищами и смотрел только на перстень, который светился в моих ладонях. 

Затем он издал восторженное “Пыш” и потерся о мою щеку. Только после этого он схватил свое сокровище и просочился с ним через стену. 

В этот момент я ощутила, как устала за последние дни. Сбросив форменный пиджак, я села на кровать. Безумно хотелось спать. Но сначала я должна понять, вернет Пшик медальон с чешуйкой или нет. Ведь бал уже завтра...

Глава 6/2

Я успела задремать, опираясь спиной на стену. Когда дух вернулся и с громким “пышшшшш” просочился сквозь стену, я вздрогнула и открыла глаза. Пшик спрыгнул на подушку. На белую ткань из пушистой шерсти выпало нечто красное, и я не смогла сдержать вздох облегчения.

– Пыш-пыш, – деликатно сообщил дух и сорвался с места. 

Я ждала, что он удерет в свой тайник или жилище, где спрятал драгоценность. Но вместо этого пушистик направился к платью и продолжил приводить его в порядок. А я протянула руку и взяла то, что он принес.

Медальон оказался точно таким, как его описывала Дэйю. Гладкая алая чешуйка в золотой оправе на тонкой цепочке из красного золота. Красиво. И дракон у жениха Дэйю, должно быть, красивый. А еще чешуцка была теплой, словно до сих пор хранила чужую магию.

Вот только стоило мне взять в руки медальон, как меня словно холодной водой окатили. По телу побежали мурашки. Захотелось выбросить эту вещь подальше, но я сдержалась и аккуратно опустила свою добычу на подушку. А затем уткнулась лбом в колени, чувствуя, что меня трясет.

Что это? Почему тело так реагирует? В этой чешуйке нет никакой враждебной магии. Она чужая, а ее владелец незыблем, как скала… 

Я покосилась на медальон, и перед глазами внезапно встал другой, очень похожий. Оправленная в золото зеленая чешуйка в маленькой ладошке всегда казалась такой огромной… 

А затем я вспомнила.

На затылке лежала тяжелая мужская ладонь, и разряды магии пронизывали мое тело. Жжение было не таким уж сильным и неприятным для взрослого. Но для трехлетней девочки боль казалась всеобъемлющей. Шея сзади, под рукой незнакомца, словно горела. 

Сбежать было невозможно, потому что дядя Левент продолжал крепко держать меня на руках, а глава рода, Эртал Реншу, читал странный стих на древнем драконьем.

Наконец, чужак убрал руку, и голос Эртала стих. В тот же миг дверь огромного зала распахнулась, и на пороге появилась моя мать.

На этом мое терпение закончилось. Противное жжение, чужие люди… Дядя Левент не спешил меня отпускать. Извернувшись, я со всей силы вцепилась зубами в его палец. От неожиданности тот ослабил хватку. Каким-то чудом я сумела вывернуться из его рук и не разбиться. Отбросив плюшевого дракона, я со всех ног бросилась к матери.