– Ух ты, такие магазины бывают? – восхитилась я. – Тоже хочу в такой попасть!

– Когда-нибудь потом, малышка. Хочешь спать? Ложись тут, на диване. Я посижу с тобой.

Я легла и взяла ее за руку. Впервые за долгое время мне было не страшно.

– Мам, а папа нас не найдет? – прошептала я.

– Не найдет, – пообещала она.

– Не возвращайся к нему, ладно?

– Не вернусь… Спи, Яра. Все будет хорошо.

И я ей поверила.

Мама не нарушила своего слова – не вернулась к отцу. Этот монстр исчез из нашей жизни, и во многом благодаря тете Оксане, которая просила называть себя просто Оксаной. Она вернулась на следующий день, уставшая, с размазанной косметикой и растрепанными волосами. Юбка на ней сидела не так, как вчера – замок оказался спереди, а не сзади. Однако настроение у нее было отличное. 

- Была у своего мужика, смотри, что подарил, - весело сказала она маме, которая встала рано утром, чтобы в знак благодарности привести в порядок кухню, вымыть полы и пропылесосить.

- Что? – удивилась мама.

Оксана ткнула ей под нос руку с растопыренными пальцами. На указательном сияло кольце с большим камнем.

- Брюлик, до фига карат. Мой такое даже свое жене не дарит, - ухмыльнулась Оксана. 

- Жене? – непонимающе переспросила мама. – А ты…

- Любовница, ага, - подхватила Оксана. – Считай, что это моя работа – быть любовницей богатого папика. Кстати, работа непыльная. Быть красивой для него одного. Ты, Ленка, кстати ничего так. Могла бы тоже себе найти богатого…

Она не договорила – в глазах мамы появился такой ужас, что Оксана все поняла. Не сможет.

Вечером Оксана вызвала каких-то знакомых – трех высоких плечистых дяденек, увидев которых, я спряталась за маму. Вместе с ними Оксана и мама поднялись на наш этаж, оставив меня одну. Я знала, что они идут к отцу и по привычке спряталась под кровать – думала, что монстр сильнее их. Он расправится с ними и вернется сюда, за мной. 

Не знаю, что происходило в квартире – я слышала лишь какие-то приглушенные крики и глухие удары, словно кто-то бьется о дверь наверху. Мама, Оксана и дяденьки вернулись спустя полчаса. Отца с ними не было – как оказалось, друзья Оксаны вломились в квартиру, связали его, а мама успела собрать кое-какие вещи. 

- Сильный, урод, - сказал один из мужчин в прихожей. – По скуле вмазал. 

- Мне по «солнышку» заехал. Удар поставлен, - подхватил второй. 

- Он боксом раньше занимался, - ответила мама тихо.

- Ты как с ним жила, крошка? Грушей, что ли была?

Мама не ответила, зато ответила Оксана.

- Да Ленка вечно в солнцезащитных очках ходила! Как будто никто не понимал, что синяки скрывала. Так, а дочка твоя где? – спохватилась соседка. – не выбежала за дверь?

Они нашли меня под кроватью. И я не поняла, почему мама опять плачет. Ведь все хорошо. Монстр не пришел. Нас никто не обидит!

- Папа не придет за нами? – осторожно спросила я. – Я его боюсь…

- Нет… Не придет. Бедная моя девочка, - зашептала мама, обнимая меня. – Господи… Что же нам делать с тобой…

- Тебе от такого, как он только бежать, - вздохнула Оксана. – Уезжай в другой городе. Ради дочери. 

- С работой я тебе помогу, крошка, - раздался голос одного из ее знакомых, который наблюдал за нами, стоя у порога.

Через несколько дней мы действительно уехали. Отца я больше не видела. И у нас началась новая жизнь. 

Старший брат все-таки появился в моей жизни. Но он не полюбил меня, а возненавидел.

Глава 2. Как меняется жизнь

Мы с мамой переехали в другой город – большой, шумный и  равнодушный. Я плохо помню те дни, в голове сохранились лишь обрывочные воспоминания о жизни в коммунальной квартире где-то на окраине. В нашей небольшой комнатке стоял потрепанный раздвижной диван, шкаф, стол и два стула. Туалет и кухня были общими.

 Деревянное окно комнатки выходило на пустырь, и если взрослые не замечали ничего особенного, то я обрадовалась – над пустырем каждый вечер разливался закат. Я сидела на подоконнике и наблюдала за ним, зная, что как только закат догорит, придет мама. Она работала кассиром в магазине неподалеку, и, хотя постоянно подрабатывала, выходя в другие смены, денег все равно катастрофически не хватало. Основная часть зарплаты тратилась на аренду, остальное – на еду и кое-какую одежду. Но несмотря на то, что жили мы небогато, я чувствовала себя в безопасности. Никто больше не устраивал скандалы, не бил посуду и не трогал маму. Монстр остался в прошлом.