– Вероятно, ты хочешь что-нибудь интересное… О, только попробуй обойтись без новых шуток, – поморщилась я, видя, что он открывает рот. – Оставь их для своих стендапов. 

– Ладно, попытаюсь. Так что насчет интересных книг?

– Давай исходить из других категорий, – нашлась я. – Ты хочешь книгу, после прочтения которой будет светлое послевкусие? Или книгу, послевкусие от которой будет темным, нерадостным?

Боже, наверняка это самый идиотский флирт, который можно представить. Впервые в жизни я огорчилась из-за того, что не общалась с парнями и понятия не имела, как нужно себя вести. 

– Я хочу тьму, – ответил парень сразу же. – С тьмой всегда интереснее. 

– Тогда как ты смотришь на Италию? – спросила я внезапно, вспомнив одного из писателей, которых любила. 

– Италию? – поднял темную бровь мой собеседник.

Кажется, я его заинтересовала.

– Я предлагаю тебе книги Донато Карризи, известного итальянского писателя. Действие его книг происходят в Италии. И послевкусие очень темное. Кажется, будто ты попал в храм с зажжёнными свечами, которые медленно гаснут. И чем меньше остается свечей, тем больше кажется, что тебя накрывает тьма. 

Его губы изогнулись в усмешке.

– А ты умеешь заинтересовать. И о чем же он пишет?

Минут пять мы разговаривали, вернее, говорила я, пытаясь обрисовать сюжет, а парень смотрел на меня, почти не мигая, и этот взгляд меня ужасно смущал, но в то же время влечение, которое я чувствовала, не пропадало. 

– Хорошо, так и быть, – решил он в конце концов. – Возвращаю тебе книгу.

Он протянул мне томик, я взяла его, и наши пальцы соприкоснулись. И тут же все вокруг окутала плотная тьма. Не метафизически, а вполне себе материально – во всем здании неожиданно погас свет. В отделении художественной литературы, в которой мы находились, окон не было, поэтому я ничего не видела – только чувствовала тепло своего странного собеседника.

– Твою мать, – выругался он. – Что за дерьмо. В России все время отключают свет?

– Бывает, – ответила я. 

Тьма пугала – навевала воспоминания об отце. И хотя я много лет не видела его и даже не знала, что с ним и жив ли он вообще, страх перед ним не исчезал. Он трансформировался в бессознательный страх перед всеми другими мужчинами, и я начинала понимать это только сейчас.

Но вот этого парня я не боялась. Вместо страха чувствовала нежность. 

– Ты здесь? – спросил он. – Дай руку. Пойдем на выход.

Я послушно протянула руку, но ошиблась во тьме и ударила парня по твердому прессу. Он хмыкнул.

– Не дерись. Я же отдал тебе книжку.

– Извини, случайно, – смутилась я. 

– Но если хочешь потрогать – я не против. Люблю ласковые женские руки.

– О, поверь, мои руки совсем неласковые, – сказала я из вредности. 

Он нашарил мою ладонь и взял в свои пальцы, сухие и горячие. Другой рукой он включил фонарь на телефоне и, освещая нам путь, повел между стеллажами к выходу, ну шум людей, которые явно волновались из-за внезапного отключения электричества.

– А ты не из России? – спросила я, чувствуя себя странно. Иду по темноте за руку с незнакомым парнем, от которого в животе бабочки. И даже имени его не знаю. Но все так же сильно хочу поцеловать. 

– Вернулся недавно, – коротко ответил он. – Отец заставил, если тебе интересно. 

– И долго жил за границей? – зачем-то спросила я. 

– Несколько лет. Теперь отец решил, что я должен быть рядом с ним. Хочет по-тихому передать бизнес. Только мне это на хрен не упало. Хочу просто жить для себя. 

Он переплел свои пальцы с моими, и мое сердце застучало так быстро, словно я пробежала круг по стадиону. Жар, что поднимался изнутри, становился невыносимым. Мне до умопомрачения хотелось обнять своего спутника. И это было будто помешательство.

Он вдруг остановился, хотя до выхода из лабиринта стеллажей оставалось совсем немного. Погасил фонарь и шагнул так близко ко мне, что я отшатнулась назад и уперлась лопатками в полку с книгами.

– Ты чего?.. – прошептала я, ощущая тепло его тела, хотя не касались друг друга.  

– Я хочу поцеловать тебя, – хрипло сказал парень, осторожно обнимая меня одной рукой за талию. 

Я слышала, как он сглотнул.

– Что?.. – еще больше растерялась я. 

– Хочу тебя поцеловать, – повторил он по слогам. – Можно?

Его пальцы нашли в темноте мой подбородок и приподняли лицо.  Я вздрогнула, но не убрала руку. Мне было приятно каждое его касание. 

«Пожалуйста, сделай это», – кричало все внутри, но я растерянно молчала.

Это смешно, нелепо, а может быть, тупо, но раньше я ни с кем не целовалась. Всегда была в стороне от парней.  И я боялась. Боялась, что не смогу ответить на поцелуй незнакомца. Он высмеет меня. Разочаруется. 

– Ты не хочешь? – его шепот раздавался рядом с моим ухом. 

– Хочу, – против воли ответила я и…