Дискуссию прервал Родерик, который отходил подарить Ангелине подарок в честь ее первого учебного дня. Лихорадочный блеск в его глазах все еще оставался. Но теперь мне казалось, что губы выделялись на лице ярче, чем очи. Пришлось одернуть себя несколько раз. Наверное, мы все же перестарались, заливая в меня его чрезвычайно концентрированную магию. 

Менторы первых классов, Белинда и Розалин, уже выступили. Сейчас над полянкой звучала речь Артура Маверика, преподавателя фересийского языка и литературы, непризнанного ученого-гения (он скромно называл себя новатором) и предмета обожания половины Гретхема.

— Великие писатели оставили нам мертвое наследие. На своих занятиях я открыт к диалогу. Вы можете читать другое, на свой вкус, если докажете мне, почему ваш выбор не слабее, чем работы Перкинса или Вильгельмина, а также многих других. Главное, на отживших идеях создавать то, что будет вдохновлять нас здесь и сейчас. И обязательно жду вас в мастерской на втором этаже. Мы с группой собираем летательное устройство. 

 Ему аплодировали долго и громко. А Артур так же долго тряс роскошной рыжей гривой, отбивая поклоны, словно на сцене. По поджатым губам Родерика я поняла, что он не пришел в восторг от всеобщего любимца. 

— И что это за клоун? Он будет читать вместе с моей дочерью «Песнь о викилингах»? Это наследие истории и мировой литературы, а не… не вот эта вся современная дребедень.

— Пожалуйста, перестань. Мистер Маверик переведен на старшие классы. Он всегда разбирает произведение… всесторонне. И он создатель вакууматора, который здорово выручил нас сегодня днем. 

Князь тяжело вздохнул, показывая, что спор завершен. 

— Наверное, мне просто не нравится, что подобные продвинутые молодчики крутятся вокруг тебя, а все, что я могу, это продекламировать Олидия наизусть, — с тихим смешком признал он. 

— Скажешь тоже. Я для него слишком стара, и вообще… — рассмеялась, а сама подумала, что повторяю его слова в ответ на мое предупреждение не внушать девочкам лишних надежд. 

Родерик потянули меня за руку из подтрибунного помещения.

— Пойдем, Лив, сейчас начнется салют. Я добавил несколько многозалповых фейерверков из собственной коллекции. Всем будет не до нас, и мы спокойно пообедаем.  

— Где? Куда? — охнула от неожиданности. 

— В мои апартаменты, конечно. Там есть кухонька. Вернее, я ее туда встроил. Там никто не помешает удивить тебя своим кулинарным мастерством. Только, прошу, не смейся. 

Глава 25.

В чем я никак не заподозрила бы Родерика, это в попытке навязать мне свою волю. Но, чтобы избежать сплетен, к нему решили заходить по отдельности. Он прошел к себе порталом, а я переместилась на территорию внутреннего парка. Если внешний опоясывал все здание академии, то этот, засаженный низкорослыми кустарниками и цветами, создавал уют для тех, кто проживал именно в Гретхеме. 

Там я уже накинула личину. Нет, я тоже могла бы сделать портал. У себя в пансионе открывала их с точностью до миллиметра. Но тогда бы осталось доказательство, что я этим вечером посещала князя. А я, хоть и собиралась сорвать Стефану пари, буду афишировать отношения с Родериком строго по плану.

В итоге я снова чувствовала себя авантюрной девчонкой и чуть не хихикала, разглядывая в карманном зеркальце-артефакте пепельную блондинку с вызывающе пухлыми губами.

Прошла один коридор, другой, свернула в нужную сторону и только достала очередной универсальный кристалл-ключ (я все же хозяйка, у меня и такие есть), как была подхвачена на руки.

Не разбиралась и первым делом атаковала. Два последних дня вывели меня из равновесия. Воздушный поток должен был сбить нападавшего с ног, а меня отбросить в сторону. Однако «нападавшим» оказался Его Высочество. Мои потуги лишь привели к тому, что воздушный вихрь пронесся вперед по коридору, сбивая с подоконников горшки с цветами, перекручивая ковровую дорожку и срывая занавески. 

— Юная дама, что же вы разгуливаете без сопровождения? И почему на вас такое строгое платье и такой жесткий корсет? Они не подходят к вашим губам, — сообщил министр и впился в эти самые губы бесцеремонным поцелуем. Он никак не походил на тот изысканный и чувственный, которым меня наградили вчера.

От возмущения я грубо прошлась по его магпотокам, показывая, что на этот раз я против. Князь опешил и ослабил напор, хотя в какой-то момент мне показалось, что все напрасно и через секунду он сомнет мою магию, а затем стиснет тело в захвате, из которого не выбраться. В горле образовался спазм.

Мужчина поставил меня на ноги.

— Ты чего, Лив? Ты, правда, меня испугалась? — его голос дрогнул.

Ветер в это время достиг конца коридора и выбил дверь. 

— Смотри, что мы натворили, — я проговорила это с отчаянием, которого, разумеется, ситуация не заслуживала. — Теперь все узнают, что я шла к тебе, как минимум по магическому следу.