Логично, что попавший в переплёт маг, лишившись своей энергии, попробует использовать накопители, а когда и они не помогут, возьмёт из родовых запасов максимум, чтобы в прямом смысле слова вышвырнуть себя магическим всплеском за контур действия древнего заклинания или артефакта. И вот вопрос — а поможет ли? И второй — не так ли уничтожили фурий?

И Эйнар догадался об этом ещё вчера, потому и сбегал от меня на время. Вот жук! У него, конечно, опыта и знаний больше; неудивительно, что он понял механизм работы башни раньше. Да и времени на анализ данных у него тоже было несравненно больше: я‑то лежала без сознания продолжительное время. Но ведь мог и сказать! А сам, негодяй, отвлёк меня поцелуями, вскружил голову и отправил отдыхать.

Ну, драконище, погоди!

«Серена, ты такая умная! Серена, я так восхищаюсь твоим умом!» — кривлялась я про себя, злясь на боевика не ради игры, а по-настоящему.

Паршивец!

Прохиндей!

Зараза!

Я вот ему всё рассказываю!

Ну, почти всё. В конце концов, забыть на его столе бумаги — не значит поделиться намеренно.

Ладно, мы друг друга стоим. У него, в силу некоторых особенностей, даже больше причин так себя вести — драконы всегда оберегают свою пару. И это касается всех сфер жизни. Он вчера не раз сказал, что хотел бы дать мне отдых. Выходит, он и позволил мне отдохнуть. Во всяком случае, с ним я чувствовала себя в безопасности и хотя бы могла расслабиться, что уже немало значит.

Так уж и быть, прощу. Но выскажу всё!

— Ты в лекарское крыло? — уточнил Ник, вырвав меня из мыслительного процесса.

— Да. Нас наказал Кранстон: говорил, на две недели, а в итоге продлевает и продлевает. А мы ведь ведём себя как самые скромные и милые студентки!

— Да, этого у вас не отнять, — так же серьёзно, как и я, произнёс его высочество.

Мы переглянулись и расхохотались в голос, привлекая к себе повышенное внимание окружающих. Роальд с Варном, как обычно, шли позади и не мешали нам общаться, но наверняка подслушивали и доносили королеве, так что сегодня я только рада их присутствию. Мы ведём себя мило и соответствуем монаршим ожиданиям.

— Ник, а ты бываешь на каких-нибудь балах? Как там, во внешнем мире? Мы с девочками только и живём ожиданием Зимнего Бала — хоть какая-то развлекательная программа и смена декораций. От чёрного уже тошнит, — доверительно призналась я, понизив голос.

— Да, изредка приходится. Меня ведь много лет не видел никто, кроме специально обученных людей, так что теперь приходится навёрстывать. Я иногда и вовсе не ночую в Санторе, являюсь к утру.

— А когда мы приоткроем завесу тайны, ты будешь приглашать меня с собой на балы? Или для меня вредный ректор не сделает исключение? Не привыкла я сидеть взаперти, тяжело.

Я посмотрела на Никиаса, сделав самое несчастное лицо в мире. Нагло скопировала его у Бри, та у нас профи в общении с мужчинами — тренируется для будущего замужества, конечно же.

— Думаю, я могу и так тебя пригласить, нужно будет только согласовать. Кранстон иногда упрямится.

— О! Буду безумно рада! — воскликнула совершенно искренне. — Я согласна даже на музыкальный вечер, если меня никто не заставит музицировать. Хочу надеть платье и накраситься, хоть на мгновение глотнуть привычный… Ой, прости. Тебя, наверное, раздражают эти женские глупости.

— Ничуть. Я пока не могу гарантировать выход в ближайшее время, но приложу все усилия, чтобы тебя порадовать.

— Я уже счастлива. Спасибо, спасибо, спасибо, Ник! Даже за теоретическую возможность, — рассмеялась я, чтобы немного расслабить его высочество. Тот явно сообразил, что погорячился — нас не просто так здесь заперли. — В Санторе так мало развлечений, хоть помечтать. А ты сейчас в библиотеку?

— Нет, у нас тренировка с Мортом.

— У вас троих? — я мотнула головой сторону сопровождающих некроманта и боевика.

— Нет. Для мужчин всего потока. Ты же не думаешь, что вас, девушек, будут обучать строевому шагу и взаправду тренировать как настоящих воинов? — чуть снисходительно спросил принц.

— О, хвала Эйри, нет! Я просто не знала, что вы занимаетесь дополнительно, потому и удивилась. Спасибо, что проводил. Пока! — помахала я от двери парням и убежала к Недди.

В лекарском крыле чувствовала себя как дома и порхала бабочкой между секторами, помогая Недди лечить, смешивать лекарства, варить зелья и даже менять цвет стен. Мы с ней развлекались, пробуя разные варианты дизайна, и порой даже пугали задумавшихся посетителей.

Ну ладно, делали мы это специально, но только в отношении единственного и неповторимого проверяющего — ректора.

Например, сегодня превратили фойе в точную копию его приёмной и, как только увидели Кранстона в окошко, быстро организовали копию леди Бон, которую играла лично я.

Иметь актёрский дар и не пользоваться им — страшное преступление против собственной природы, так что я изменила голос, навела лёгонькую иллюзию и поприветствовала мужчину из своего угла.