Черные цепи возникали прямо в воздухе, пытаясь поймать подростка. Тот довольно ловко уклонялся, а если все же что-то успевало обвить руку или ногу, рубил цепи своим мечом словно желе.

 – Нет разницы, – пробормотал проклятый, разрубив пару цепей. – Бессмертный, не желающий умирать, неправильный. Но если ты не хочешь, значит, должны умереть те смертные, что рядом с тобой. Я не уйду отсюда, не забрав с собой хоть кого-то.

Что-то у меня появилось весьма нехорошее предчувствие по поводу этой фразы. Потому что сейчас единственной смертной, которую этот проклятый мог убить, была я.

Если это поняла я, то, конечно же, поняли Шейн и Абель.

– Кто бы тебе позволил делать то, что ты хочешь. – Боевое заклинание Абеля, к моему глубокому сожалению, в цель не попало, лишь оставило дымящуюся выбоину на асфальте.

А вот сам проклятый вытащил какой-то странный предмет, похожий на статуэтку.

 – Не смей! – заорал Шейн.

Что это?! Что это такое, что напугало даже такого могущественного человека, как Шейн?! Я не понимала, но моя светлая сила предупреждала меня о чем-то мерзком и отвратительном.

 – Попробуйте справиться с этим, – ухмыльнулся проклятый и поставил статуэтку прямо на дорогу.

Воздух завибрировал, а из переулков стала наползать тьма. Меня пробрала дрожь: такое количество отвратительной злобной энергии. Артефакт со скверной? Он же заставит всех монстров в округе стремиться в город. Но не это главное. Скверну отчетливо чуяли демоны, не только те, что находились в нашем мире. Если где-то поблизости есть небольшие трещины между мирами, то аромат скверны распространится через эти трещины и подскажет демонам из других миров путь сюда!

 – Артефакт мой, Флер на тебе. – Рявкнул Абель.

Я выдохнула. Во-первых, потому что Абель как темный мог бы совладать с артефактом скверны, а, во-вторых, потому что не сделал глупость и не бросился спасать меня. Мог бы? Вполне. В его системе ценностей я была полезнее, чем люди в этом городе, от которых (по мнению Абеля, конечно же), никакого толка не было.

Впрочем, скоро мой выдох облегчения превратился в нервный вздох, потому что проклятый и впрямь бросился в мою сторону, пока Абель занялся артефактом скверны. Наперерез выскочил Шейн, чей кнут оплел ногу проклятого и заставил мальчишку поцеловаться с асфальтом. Хотелось пошутить про вспышку небывалой страсти, потому что впечатали его с такой силой, что осталась яма, но я решила, что отбежать подальше под защиту домов ценнее, нежели болтать. И не зря: проклятому такой удар мало что сделал, а вот заклинания, которые полетели в мою сторону, могли и убить.

Но я все же была достаточно быстра, чтобы оказаться в радиусе действия одного из тех защитных амулетов, что Шейн установил на жилые дома. Молнии простучали по барьеру, но не разбили его, а потом Шейн занялся проклятым плотнее.

Шейну приходилось нелегко: мало того, что другой проклятый, так и запас магической энергии больше, чем у самого Шейна. Впрочем, Шейн был опытнее, где-то – коварнее, и с оружием обращался с куда большим мастерством.

Больше меня волновал Абель. Обезвреживание артефакта скверны – это то, за что большинство магов даже не возьмутся, посчитав безнадежным. Опечатают барьером, вызовут магов для телепортации всех живых в районе – и убегут. А вот Абель взялся. И успешно, потому что скверна, на которую яростно реагировала моя магия, начала медленно, но верно «съеживаться». Успеет ли Абель?

А ведь я могу помочь. Светлая магия – естественный враг скверны. Если я сырой силой начну воздействовать на артефакт, то Абель подавит его гораздо быстрее.

Я выдохнула. Барьеры, установленные Шейном, не сплошные, а раздельные. Если следить за обстановкой и передвигаться вдоль улицы вниз перебежками от дома к дому, то я окажусь ближе к Абелю и к артефакту скверны. Чем ближе – тем легче мне направить светлую магию, а если уж совсем все плохо будет, то можно благословить Абеля чем позабористее и рухнуть в обморок. Под его присмотром не так уж страшно оставить свое бессознательное тело.

Лучше, чем стоять под щитом и ничего не делать, дожидаясь, когда ситуация станет совсем плохой. Главное – не попасть под случайное заклинание от Шейна или проклятого. Я подошла к краю барьера, посмотрела на дом, куда мне надо было перебежать, чтобы укрыться за другим барьером. И выругалась. Всегда ненавидела физические упражнения!

Благословение удачи, наложенное уже на меня и, честно говоря, отнявшее немало сил, работало как надо. Не идеально, потому что на третьей перебежке я лишь чудом успела пригнуться, когда сверху надо мной пролетели молнии, а на четвертой прямо через секунду после того, как я оказалось под защитой очередной барьера, огненный шар врезался в этот барьер за моей спиной. Два проклятых рядышком – неудивительно, что удача отказывалась работать на всю мощь. Ладно, жива – и на том спасибо.