— Стараюсь, профессор, — быстро поднимаясь на ноги, весело проговорила я и тут же начала отвечать, пока меня не опередили: — Итак, шестилапый шершар — мохнатое создание, помесь шерстяного бизона и крысы. Глупы, неповоротливы, но крайне агрессивны. А еще плотоядны. Для их убийства нужно нанести удар в место между глаз. Это можно сделать как оружием, так и подручными средствами. Клинки азгаров для этого подходят идеально. Или заклинанием сверкающего удара. Главное не промахнуться. Потому что второго шанса шершар не даст.

— Верно. А в чем еще опасность шестилапых?

«Хочет меня проверить? Да легко!»

— Они обычно охотятся парами. Где есть один, будет и второй. Поэтому следует быть вдвойне осторожными.

— Садитесь, Торбург, отлично.

«Как же приятно, когда тебя хвалят. И еще приятнее, когда на тебя так смотрят — удивленно и даже пораженно. А кое-кто вообще бесится от злости. Уверена, что Гарроу кипит от ненависти, ведь с ним я знаниями не блистала. Я вообще старалась быть как можно незаметнее».

— Русалины… — только успел начать Эленхайм, а я уже тянула руку. — Торбург? Вы что, решили сегодня отработать за все годы молчания?

— Ну что вы, профессор. Я просто хочу быть лучшей, — снова поднимаясь со своего места, заявила я.

«Если так скакать туда-сюда, непременно натренирую ноги», — нашла я еще один плюс.

— Похвальное стремление. Но вы не дослушали мой вопрос, Торбург.

— Ничего, уверена, я справлюсь.

— Самоуверенность — не всегда хорошее качество, — усмехнулся профессор.

— Я все-таки попробую.

— Физиология русалинов.

А вот этого мы пока не проходили. Вот только сдаваться я не собиралась. Мало кто знал, но я любила читать. Всегда. Кроме того, моя семья была потомственными стражами. А за праздничными обедами чего только не услышишь об обитателях Черного леса.

Например, старший брат Элайн (тот самый огненный феникс) рассказывал, как во время рейда глубоко в лес они с напарником наткнулись на кладку русалинов.

— Русалины и русаланы — создания с телом человека и хвостом рыбы. Могут дышать и под водой, и на суше за счет жабр и недоразвитых легких. Острые зубы, чешуя и рыбьи глаза навыкат. Волос нет. Русалин и русалан можно различают по груди. У особей женского пола она более выпуклая. Любят человечину. Обычно русалины спариваются с русаланами весной. На одну самку приходится примерно пять-шесть самцов. Чем больше, тем лучше. Самка откладывает икру, примерно пять или шесть сотен. К счастью, выживает и достигает зрелости лишь сотая часть. Икринки очень любит местная нечисть.

— Откуда такие познания, Торбург?

— Брат рассказывал, — призналась я. — Он встречался с этими тварями. И однажды даже обнаружил скрытую кладку.

— Отлично. Не думал, что ваши познания настолько глубоки.

— Вы не один такой, профессор, — присаживаясь на лавку, отозвалась я.

Иргар на меня так и не смотрел. Он вообще никуда не смотрел. И непонятно было, доволен ли летун моей активностью, или нет. Ну и ладно. Я это затеяла в первую очередь не для него, а для себя.

— Следующий вопрос. — Я тут же вскинула голову, готовясь поднять руку. — Торбург, — усмехнулся Эленхайм, заметив мой порыв, — я хочу послушать остальных. Не одной же вам сегодня отвечать.

— Просто знайте, профессор, что я всегда готова.

— Учту.

За время занятия, а длилось оно полтора часа, Эленхайм обращался ко мне еще пару-тройку раз. Я понятия не имела, что им двигало: желание проверить меня, застать врасплох или позлить кого-нибудь. В любом случае, я была готова ко всему.

Сколько запалов у змееголова? Девять.

Чем убить карангуйского бородавочника? Заклинание выброса или специальное зелье под названием «Чарингай».

Знаю ли я характеристики двухголового пса? Конечно же. Первая голова — звуковое оглушение, а вторая вырабатывает смертельный яд. Так что если не разорвет на части, то отравит точно.

Сегодня у Эленхайма я была звездой. И мне на удивление понравилось это ощущение.

7

— Ну как? — с торжествующим видом поинтересовалась я, покидая аудиторию Эленхайма одной из самых первых.

Давно я не была так довольна собой. Улыбка растянулась до ушей, глаза сияли, а душу переполняло невероятное желание сделать что-нибудь этакое. Но непременно хорошее. Меня буквально распирало от энергии, которую не терпелось куда-нибудь срочно применить.

И я еще считала себя равнодушной к чужому признанию? Как много, оказывается, я о себе не знала.

— Знаешь, Торбург, мое мнение о тебе ничуть не изменилось, — отозвался шагающий рядом летун.

Остальные студенты двигались чуть позади, непривычно тихие и удивленные. Еще бы, не каждый день обычно отстающий студент становится звездой строгого профессора. Тут кто угодно задумается.

Впрочем, слова Иргара мою радость немного поубавили.

— Не поняла? — оборачиваясь, произнесла я растерянно. Ожидала-то ведь совсем другого.

— Ты чокнутая, — совершенно спокойно заявил блондин.

— Это еще почему?

— Ну ты же не могла выучить полный курс по магическим тварям Черного леса за ночь, не так ли?

— Конечно, нет.